– Уверена, что точно наберу изрядно материала на эту тему.
– Чудесно, – улыбается Тристан. – Начинайте работать над статьями, а мы соберемся в следующий понедельник, чтобы обменяться информацией.
– Хорошо. – Я поднимаюсь и иду к двери. – Согласна.
– Эмили, задержитесь на минутку, пожалуйста, – спокойно выдает Джеймисон.
Братья Джеймисона один за другим выбираются из офиса, прощаясь на ходу:
Дверь за ними закрывается. Джеймисон поднимается и идет ко мне. Он встает сзади – я чувствую жар его тела. От него исходит такая аура властности, которой я никогда прежде не ощущала.
Он стискивает в ладони мой хвост и трижды оборачивает вокруг сжатой в кулак ладони, а после чуть оттягивает голову в сторону, чтобы можно было добраться до шеи. Как в замедленной съемке, он начинает вести упругим широким языком от ключицы к подбородку. Его губы касаются моего уха.
– Я тебя еще не распробовал.
Я закрываю глаза, и в крови нарастает возбуждение, как быстрая река в момент сильного прилива. По спине бегут мурашки.
Оборачиваюсь к Джеймисону. Он берет мою руку и через брюки прикладывает к разбухшему от возбуждения члену.
Между нами пролетают искры, наши взгляды прикованы друг к другу. Я начинаю дышать прерывисто и резко.
– Я увижу тебя вечером? – тихонько произносит Джим.
Стискиваю член, и моя вагина сжимается от желания его принять.
– Нет, Джеймисон, не увидишь. – Я разворачиваюсь и выхожу из его офиса, а сердце стучит в груди, будто бешеный молот.
Сажусь в лифт, и тело вопит и требует немедленно вернуться к Джиму.
Каждая клеточка моего тела желает этого мужчину.
Но он же просто придурок, а я… я очередная его девка для секса.
Этого я ни за что не допущу!
Суббота, вечер. Мы всей компашкой стоим в очереди в «Скай Бар». Я, Ава с Рене, и это наш третий клуб за сегодня. Уже почти полночь. Никогда еще я так шикарно не проводила время. Мы нахохотались, натанцевались, да еще и всю дорогу прикалываемся над членами каждого встреченного нью-йоркского мужика.
– Почему мы опять торчим в очереди? – сержусь я. – Что не так было с прошлым баром?
– Ничего. Это место лучше, но самая тусовка начинается здесь не раньше одиннадцати вечера.
– Ааа, – смиряюсь я, пожимая плечами. Эх, ничего не знаю о ночной жизни Нью-Йорка. Швейцар снимает красную бархатную ленту, закрывающую вход, и впускает нас внутрь. У меня перехватывает дыхание.