Мы шагали по темному коридору, факелы дающие лишь слабый свет. Мать-настоятельница шла с непоколебленным спокойствием, и каждый звук казался тревожным угрозой. Я внимательно прислушивалась, боясь любого резкого хрустка в темноте.
Похоже, «Джейн. Леди-служанка» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Это понятно?
– Да, мадам, предельно, – кивнула, но тут судно словило особо крупную волну, и меня знатно качнуло, в прямом и переносном смысле: желудок решил покинуть тело, прежде выплеснув из себя всё содержимое. Я стрелой вылетела из каюты Сильвии, рванула по короткой лестнице вверх, на палубу и, свесившись через перила, излила весь завтрак наружу. А потом ещё и ещё, так плохо мне никогда не было. Но, как показало время, я глубоко ошибалась – это всё было лишь началом.
Капитан Ройс сжалился надо мной и прямо на палубе в дальней её части натянул брезент, где я могла доползти до края и выблевать желчь, поскольку больше во мне ничего не было.
Жизнь такая странная штука и помощь иной раз приходит, откуда вовсе не ждёшь. Как-то вечером, когда я лежала и тихо, а точнее, практически бесшумно стонала и молилась о смерти без мучений, кто-то откинул мою ""шторку"" и заглянул в моё царство мучений.
"– Девушка, – негромкий голос мужчины был неожиданно сострадателен, – как вы?
Я с трудом повернула по ощущениям пудовую голову к говорившему и, проморгавшись, смогла-таки рассмотреть незнакомца. Мужчина, возрастом около шестидесяти пяти, может, немного больше, глядел на меня с непередаваемым пониманием. Ответить даже и не пыталась – сил просто не было.
– Меня так же, как и вас не миновала сия участь – страдать от качки… Первый день путешествия я всегда лежу пластом, как и вы сейчас, но мои травы, настойки помогают быстрее восстановиться, и сегодня я впервые смог нормально поесть.
И действительно помог. А в это время успел рассказать, что является личным слугой герцога Клода де Сен-Симона, и плавал в Энлийское королевство по поручению господина.
Глоток лекарства, принесённого господином Жаком, буквально вдохнул в меня жизнь! Вкус перечной мяты, сдобренный соком лимона, благодатным нектаром пролился в мой исстрадавшийся желудок.
– Вот и славно, вот и хорошо, – бормотал сердобольный человек, у меня от доброты в его голосе слёзы на глазах выступили. Ведь даже мадам Сильвия ни разу меня не навестила, лишь посылала Эн проведать, чтобы, по всей видимости, убедиться, что я всё ещё дышу.
