Практически в штате Теннесси.
— И что там случилось?
— Два парня оказались там по какой-то причине. Может, просто гуляли. Они видели лес, окружающий забор вокруг Келхэма, но не приближались к нему. Какой-то парень вышел из леса и задержал этих двух гуляющих. Дело приняло дурной оборот, они оказались избитыми. Уверяют, что парень, который их бил, — солдат.
— Нет. Но он выглядел соответствующим образом и имел при себе винтовку М16.
— Что-то невероятное.
— Согласна. Похоже, что они устанавливают что-то похожее на запретную зону.
— А зачем им это? У них уже и так есть почти миллион акров.
— Я не знаю. Ну а что еще они могут делать? Они выслеживают любого, кто оказывается вблизи их забора.
— Двух парней на пикапе. Они приставали ко мне прошлым вечером и снова пристали сегодня утром. Слишком уж часто.
— Как они выглядели?
— Грязные, сальные, волосатые и в татуировках.
— У них старая черная машина, выкрашенная кистью?
— Так это же двоюродные братья Макинни. В идеальном мире их следовало бы избивать по крайней мере раз в неделю, но регулярно, как по часам. Итак, благодарю за полное и откровенное признание, но предлагаю вам не предпринимать каких-либо действий в настоящее время.
— Больше не делайте этого. И чаще оглядывайтесь. Я уверена, что они уже планируют собрать всю свою семейку и отправиться вас искать.
— Их тут дюжины. Однако вы не волнуйтесь. По крайней мере пока. На то, чтобы собраться, им потребуется время. Ни у кого из них нет телефона. И никто из них не знает, как им пользоваться.
В этот момент во всем здании зазвонили телефоны. Я услышал тревожный голос по радио из диспетчерской каморки, в которой по пути сюда видел дородную даму. Через несколько секунд она возникла в дверях, с трудом переводя дыхание и держась за оба косяка, чтобы не упасть. Она сказала:
— Звонит Пеллегрино из хозяйства Клэнси. Возле расколотого дуба. Он говорит, что у нас еще одно убийство.
И я, и Деверо инстинктивно посмотрели на лежавшую на столе папку. Три фотографии. Скоро их будет четыре. Еще один печальный визит к безутешным родственникам. Еще одна просьба о хорошей недавней фотографии. Самая неприятная часть работы.
— Предоставьте это мне, — попросил я. — Я должен увидеть, как буду кончать жизнь самоубийством.
Она поколебалась еще секунду, а затем сказала:
И мы стремглав бросились к ее машине.
Место, к которому мы подъехали, оказалось большой и малопригодной для земледелия площадкой, в центре которой стоял обшитый досками дом.