– Вы совершаете ошибку, – проговорил я. – Вам не нужен такой враг, как я.
– Я не совершаю никакой ошибки. И не собираюсь с тобой враждовать. Я хочу навести здесь порядок, больше ничего. Позже ты будешь меня благодарить. Не только ты, но и все вы. Мир меняется. И я вижу дальше и больше, чем остальные.
– Помоги армии, – продолжил он. – И себе тоже.
Поскольку я не отвечал, он спросил:
– Так мы договорились?
Я молчал, и он мне подмигнул.
– Думаю, договорились, – сказал он. – Ты же не полный идиот.
Он встал, вышел из кабинета и закрыл за собой дверь. Я сидел и наблюдал, как жесткая виниловая поверхность стула для посетителей принимает свою прежнюю форму. Это происходило медленно, с тихим шипением, когда воздух возвращался на свое привычное место.
Мир меняется. Я всегда был одиночкой, но неожиданно испытал острый приступ одиночества. А еще я циник, но вдруг почувствовал себя невероятно наивным. Обе мои семьи исчезали прямо у меня на глазах: одна – по причине простого, но безжалостного течения времени, а другая – потому что ее надежные старые ценности начали постепенно выветриваться. Я чувствовал себя как человек, который просыпается на опустевшем острове и обнаруживает, что весь остальной мир потихоньку уплыл ночью на лодках. Я словно стоял на берегу, глядя на их крошечные очертания, исчезающие на горизонте. Словно говорил по-английски и с ужасом для себя понимал, что все вокруг меня разговаривают на совершенно другом языке. Мир менялся. А я не хотел, чтобы это было так.
Саммер пришла через три минуты. Я догадался, что она пряталась за углом, дожидаясь, когда Уиллард уйдет. Под мышкой у нее были зажаты листы бумаги из принтера, глаза сияли: судя по всему, ей удалось обнаружить что-то очень интересное.
– Вассель и Кумер снова были здесь прошлой ночью, – доложила она. – Я нашла их имена в журнале на проходной.
– Садитесь, – сказал я.
Она удивленно замолчала, а затем села туда, где до нее сидел Уиллард.
– Я заразный, – сообщил я. – Вам следует немедленно отсюда уйти.
– Что вы имеете в виду?
– Мы были правы, – проговорил я. – Форт-Бэрд очень неприятное место. Сначала Крамер, потом Карбон. Уиллард решил закрыть оба дела, чтобы армии не пришлось краснеть.
– Он не может закрыть дело Карбона.
– Несчастный случай во время военной подготовки, – сказал я. – Он споткнулся, упал и ударился головой.
– Уиллард решил использовать это дело, чтобы проверить меня, – пояснил я. – В том смысле, с ним я или нет.
– Это незаконный приказ, – заволновалась Саммер. – Разве может быть иначе?
– Вы готовы его оспорить?
Она не ответила.