— Твою мать! — Только и успела выдохнуть я, чувствуя волны гнева, накатывающие на меня. — Где он? — Чуть слышно прошелестела я ей на ухо.
— Он в кабинете! — Сашкин голос прозвучал как гром среди ясного неба. — Мариночка, сходите, попейте кофе. — Тоном, не терпящим возражений, громко сказал он.
Маринка пожала плечами, разведя руки в стороны, и, схватив клач, попятилась к дверям.
— Мариш, нет! — Одними губами прошептала я.
— Маа-рии-наа! — Тут же раздалось из кабинета.
— Уже исчезаю, Александр Игоревич! — Пискнула она, разворачиваясь, вылетая из приёмной и громко хлопая дверью.
— Да что б тебя! — Буркнула я, сдувая чёлку и подходя к дверям.
Он сидел в кресле, развернувшись к окну. В моём кресле супер-пупер босса! Вся его поза говорила о том, что мне сейчас влетит по первое число, а может даже по второе, и влетит так себе, не хило!
— Саааш… — Потянула я самым медовым голосом из своего арсенала. — Сааашенька, ну не будь буукой!
— Кать, какого хера? Вот скажи мне, какого? — Он разворачивается в кресле и буквально испепеляет меня взглядом. — Я занимаюсь серьезными делами, всё бросаю и мчусь сюда, чтобы лицезреть, как моя благоверная на своей металлической метле несется по дорогам, ни о ком, кроме себя, не думая! Ты знаешь, сколько раз ты превышала скорость? Мне тебя что, приковать к себе наручниками?
— Саш, не драматизируй. — Улыбаюсь я, обходя стол. — Ну ничего же не случилось.
— Да ты что? — Он поднимает бровь. — То есть ты предлагаешь мне начать драматизировать тогда, когда что-то уже случится? Я чуть тебя не потерял, а ты такое вытворяешь! Ещё такой финт ушами, и я сожгу твой Харри к чертям раз и навсегда! Ты меня поняла?
Ярость подняла голову. Я прищурила глаза и скрестила на груди руки.
— Савицкий, — прошипела я, подходя к нему вплотную, буквально вклиниваясь между ним и столом. — Я жила без тебя полгода и, как видишь, жива-здорова! Если ты мой муж, это ещё не значит, что ты имеешь право мне указывать, что я могу и, уж тем более, чего не могу делать!
— А вот здесь, дорогая, ты глубоко заблуждаешься! — Цедит он, медленно вставая, впечатывая меня в столешницу, нависая надо мной, как ангел мщения.
Сердце пропускает удар, во рту всё пересыхает от его близости, пальцы начинают дрожать, язык прилипает к нёбу. Я судорожно сглатываю, пытаясь отвести взгляд. Он коленом разводит мои ноги, упирается в стол с двух сторон, блокируя любую возможность побега.
— Саш… — Голос срывается до хрипа.
