В мозгу человека скрыто огромное количество возможностей — даже безуспешные попытки иногда приводят к важным решениям. Наливая себе чашку чая, Алина ждала ответа на вопрос о будущем — как Шекспир в своих произведениях: быть или не быть? Однако она знала ответ уже давно, ведь три теста разных марок дали ей одинаковый результат....
Но примеряя на себя боль от единственной фразы, сказанной подругой, что якобы видела моего мужа спящего в офисе с другой, не могла простить Мише такой нечестности и пусть близким друзьями мы оставались, но подпустить его к себе ещё ближе инстинкт самосохранения не позволил бы. Я с Итоном все круги ада прошла пока не убедились, что он не врёт, а подруга просто его оклеветала. «Хотела тебя встряхнуть, ты же зависла в пеленках», — сказала она мне тогда. Зато я мудрость народа про благие намерения оценила, да и мужу доверять больше стала.
Получив инструкцию, какие именно нестыковки выискивать, мой мозг теперь с лёгкостью выдавал ответы.
Междумирье — бесконечная комната тысячи зеркал, — в нем я тоже побывала. И из этого следует только одно, я могу ходить между мирами.
Встреча с Ксаем и Дэмрианом тоже была реальной, чересчур ярко отзывалось на них тело, слишком красочными были мои чувства и эмоции, что они вызывали, слишком ускоренно билось влюбленное сердце.
А вот утреннее пробуждение, как и прием в тронном зале возможно навеянные. Походу это и есть то самое вмешательство. Первое или второе, если считать старика. А может, третье если первым была Ахлес?
Побег и оживший детский кошмар даже сомнений не вызывал в своей реальности.
"Разговор с царицей Сумрачного мира… Тут все сложно, потому что не было никакой дочери. В голове сразу всплыло то, что я усердно пыталась забыть: удивление матери, ее брошенная после второго УЗИ фраза «точно ошибка, у нас в роду только девочки», сны, тревожные, предостерегающие и мои пробуждения в слезах. Тогда я не выдержала и впервые с детских лет поделилась ими с Итоном. И он поверил.
Марк, словно тоже выжидая чего-то, решил задержаться на две недели. Так и получилось, что за неделю до родов меня госпитализировали. Тазовое предлежание моего вдруг развернувшегося малыша, череда ежедневных уколов и громкое увесистое от врачей «в понедельник будем кесарить». А в субботу вечером поступила девчонка, громко кричащая, что это отродье ей и даром не нужно. И словно в назидание роды затянулись на долгие сутки.
