Автор
В ушах зазвучала грубая фраза из глубины джипа, захлопнувшегося на ходу и резко остановившегося в поле. Стивен Паркер-Рот шлепнулся в лужу, грязь впилась скребками в брюки, пыль повесила фрак. Он смахнул грязную каплю с щеки и уставился на преступника — молодого мужчину лет двадцати, выглядевшего неприметным. Этот человек смотрел прямо перед собой, безразлично перечеркивая кусочки франца в поле, словно игнорируя неуважительную выходку своего оппонента....
— Конечно! — Энн еще раз сглотнула и едва не подавилась очередной ложью. — Уверена, что ваше мужское достоинство меня впечатлит.
— Ну… — засомневался Брентвуд.
— В саду барона Геддинга оно показалось мне немаленьким.
— Часто вспоминала нашу встречу?
— Каждый день. — Увы, здесь она не лгала.
— А мне показалась, что тебя не интересует повторение.
Энн пожала плечами. Она будет лгать до последнего.
— Я помолвлена с мистером Паркер-Ротом. Что я могла еще сказать?
— Хм…
— Уверяю вас, я не дура. Если уж я угодила в ловушку, то вполне могу получить удовольствие.
— В общем…
— И эта комната довольно-таки сильно возбуждает. Вы сами сказали.
— Это верно. — Брентвуд заулыбался. — Я уверен, что женщины по природе похотливее мужчин. Ты не первая, кого в этой обстановке одолела похоть. Забавно. Даже скромная правильная мисс может превратиться в похотливую сучку. Нужны только соответствующие стимулы. А у тебя к тому же рыжие волосы и, наверное, душа шлюхи… — Он окинул Энн плотоядным взглядом. — Хочешь меня?
— О да! — «Господи, прости меня.
— Ну да. Надеюсь, ты как следует постараешься в постели, если я пойду навстречу твоему желанию.
Энн кивнула. К горлу подступила тошнота, и говорить она не могла.
Брентвуд сбросил сюртук и жилет. Энн испытала огромное искушение броситься наутек, когда он стал снимать рубашку.
Грудь маркиза была совсем не такой, как у Стивена. Она была молочно-белой и сплошь покрытой черными волосами — как шерстью.
Брентвуд расстегнул штаны, и стал виден маленький мужской орган, изрядно придавленный огромным животом. И этот жалкий крючок причинил ей такую сильную боль?
Энн напряглась. Еще мгновение…
Маркиз спустил штаны до колен и сообразил, что не снял обувь. И тут Энн побежала.
— Эй! Ты куда?
За ее спиной раздался глухой удар — что за чудный звук! — это туша Брентвуда, должно быть, свалилась на пол.
Энн дернула входную дверь — на всякий случай, а вдруг произойдет чудо. Но чудес на свете все же не бывает. Дверь оказалась запертой.
— Я все равно поймаю тебя, сука!
Энн быстро оглянулась. Брентвуд катался по полу, тщетно стараясь выпутаться из одежды.
Подобрав юбки, Энн побежала к окну.
Она пыталась открыть каждое окно, мимо которого пробегала, но прислуга лорда Сэмблтона явно хорошо знала свое дело.
