Автор
В ушах зазвучала грубая фраза из глубины джипа, захлопнувшегося на ходу и резко остановившегося в поле. Стивен Паркер-Рот шлепнулся в лужу, грязь впилась скребками в брюки, пыль повесила фрак. Он смахнул грязную каплю с щеки и уставился на преступника — молодого мужчину лет двадцати, выглядевшего неприметным. Этот человек смотрел прямо перед собой, безразлично перечеркивая кусочки франца в поле, словно игнорируя неуважительную выходку своего оппонента....
— Мисс Стрэндж, мне не совсем ясен предмет разговора. К чему вы клоните? — Не то чтобы это был действительно разговор. Разговор предполагает двух добровольных участников. В данном случае участник был один, и это был не он.
Клоринда нахмурилась:"
"— Я клоню к тому, сэр, что вы опытный мужчина, никогда не знавший недостатка в женщинах. Бедняжка Энн для вас — все равно, что маленькая испуганная мышка для кота. Вы проглотите ее в один присест.
Проклятие! Ему не следовало развлекаться похотливыми мыслями, стоя в холле дома графа Крейна с престарелой мисс Клориндой Стрэндж, но его рациональный, добродетельный разум, похоже, совершенно утратил контроль над нерациональной, похотливой нижней частью тела.
Судя по всему, он лишился рассудка. Он сказал Дамьену и его жене, что не испытывает похотливого вожделения к Энн, и это было правдой.
Если же Клоринда и в самом деле считает Энн кроткой маленькой мышкой, она совсем не знает свою кузину.
— Я помолвлен с леди Энн, мадам, и вовсе не собираюсь ее проглатывать. — Стивен закашлялся, почувствовав, что его мужское достоинство зашевелилось, вероятно, возбудившись от мыслей о проглатывании… о том, что можно сделать ртом… и о личности леди Энн.
Клоринда снова шлепнула его — надо же, потерял бдительность! — на этот раз веером. Пришлось отступить еще на шаг.
— Хорошо сказано, сэр, но мы оба знаем, что ваша помолвка ненастоящая. Даже странно, что такой опытный сердцеед, как вы, вдруг решил поцеловать старую деву, девицу, которая уже потеряла всякую надежду и которую так давно убрали на полку, что она сама стала частью шкафа.
— Здесь и речи нет о доброте. — Как осмеливается эта карга называть Энн старой девой? — Для меня это удовольствие.
Клоринда фыркнула:
— Удовольствие? Да ладно вам, сэр. Удовольствие вы найдете в другом месте. В этом я не сомневаюсь.
