В мир приходит вооруженная террористическая группировка, называемая "Нохча". Они внедряются в самые безопасные станицы России, превращая жизнь простых людей в ад. В центре сюжета — молодой офицер из Станицы Литовской, несущий службу в зоне конфликта. Его сверхъестественные способности к русскому делают его ключевым игроком в этом противостоянии, но при этом угрожают жизни самому героям....
А потому, аккуратно нажав на мобильнике кнопку отбоя, ласково отложил телефончик в сторону, с хрустом потянулся и, улыбнувшись во весь рот своему некачественному отражению в полированной столешнице, счастливо прошептал нараспев:
— За-е-би-ись!!!
Затем двумя рывками избавился от галстука, глянул на часы и, нажав кнопку селекторной связи, отдал распоряжение секретарше:
— А ну, сделай мне заведующего районным филиалом. И — свободна.
— Заведующий на проводе, — доложила спустя несколько секунд секретарша. — Я пошла?
— Пошла, пошла, — разрешил президент и буркнул:
— Ну?
— Александр Евгеньевич? — настороженно осведомился динамик селекторной связи голосом заведующего районным филиалом.
— А-а-а, это ты?! — будто давным-давно не виденному другу сказал президент заведующему, с которым общался сегодня несчетное количество раз. — Рад, рад… А чего домой не идешь? Рабочий день кончился вроде.
— Так это… — заведующий замялся. — Вот как раз собирался — кое-какие вопросы нужно закончить…
— Отчет посмотреть, звякнуть Маме насчет Салыкова, — в тон добавил Александр Евгеньевич.
"— Я не… право, даже и не знаю, Александр Евгеньевич, откуда вы такое могли…. — рассыпался от неожиданности заведующий — в обычное время, коли к стенке не прижимать, мужик, в общем-то, хваткий, сметливый и языкастый. — Право, это какая-то ошибка, я даже и… Зачем мне Маме… пардон, Ирине Викторовне, право…
— Да хоть право, хоть лево — ты Маме стуканул, больше некому! — вполсилы рявкнул президент, легонько пристукнув кулачищем по столу: органайзер подпрыгнул, жалобно дзенькнув содержимым.
— А что вы с нами будете делать? — после непродолжительной паузы поинтересовался заведующий со сквозящей заинтригованностью. в голосе, но без должной робости — прекрасно знает стервец, что президент каждого усердного работника ценит на вес золота, ругать может сколько влезет, а вот насчет сильно обидеть деньгой или паче того уволить — только в самом крайнем случае, за большие личные заслуги перед обществом.
— А я вас поручительством скреплю, — игриво сообщил Александр Евгеньевич и коротко хохотнул, довольный своей скоропостижно родившейся задумкой. — Как в старые добрые времена, при социализме.
