В теплом, застывшем душном офисе сквозь бетонную стены прорывается жара. Два мужчин одурманивают колой в попытке отогреться от знойного воздуха, пока холодильник словно пустует, не выпуская ни одной банки. Здесь каждый день воспринимается как вечность.
Процесс пошел, набрал обороты и принял вполне цивилизованный европейский вид, правда, с небольшими поправками на национальную специфику. То есть будущие партнеры, лучезарно улыбаясь и крепко обнимаясь, тем не менее, держали под полой стильных пиджаков острые ножи, в готовности при случае вонзить их в спину друг другу. Или чуть пониже спины. Из профессионально четкого рассказа Петра с эмоциональными дополнениями его шефа я понял, что ножик у «Водолея» оказался поострее и несколько уколов он уже нанес. Причем в достаточно грубом силовом плане, можно сказать, в стиле девяностых, опять входящем в моду.
— А цель всего этого? — полюбопытствовал я.
— Ну, вы же понимаете, — тонко улыбнулся Петр, — слияние может пройти по-разному…
Чего уж тут не понять: каждый из партнеров стремится занять лидерство в будущей совместной фирме, так сказать, быть паровозом в этом поезде, несущемся к счастью и процветанию. И никак уж не последним прицепным вагоном.
— Что же требуется от меня?
— Разобраться с теми отморозками, которые работают на «Водолей».
— Только без лишней крови, — вступил в разговор владелец и председатель в одном лице и в очередной раз улыбнулся чарующе, — выручайте, старина, на вас вся надежда.
— А что говорят об этих отморозках ваши люди в «Водолее»?
— Немного, — главный безопасник «Элита» сокрушенно покачал головой.
— И все же?
— Все, что удалось накопать, — и положил на стол передо мной дискету.
— А что говорят о внедренных к вам?
— Есть и такие, но пока мы их не вскрыли.
— Понятно.
— Что скажите?
— Думаю, что можно попробовать…
— Прекрасно! — в очередной раз расцвел в улыбке Сенчуков и разве что не захлопал в ладоши от счастья. — Мы их сделаем!
— Ваши условия? — остудил его радость «генерал».
И я назвал свои условия.
— Однако… — улыбка на лице Сенчукова погасла, само лицо несколько удлинилось. — А нельзя ли…
— Можно, — успокоил я его, — людей моей профессии, знаете ли, поразбросало по стране. Поищите, может, найдете кого-нибудь с меньшими запросами.
— А вторая половина, если я дам согласие?
— Пересылается в течение трех дней после завершения операции на указанный мною счет.
— Это все?
— Нет, конечно. Эта сумма, — я выложил второй листок, — должна быть выделена мне на расходы. Целиком и по первому требованию.
