В теплом, застывшем душном офисе сквозь бетонную стены прорывается жара. Два мужчин одурманивают колой в попытке отогреться от знойного воздуха, пока холодильник словно пустует, не выпуская ни одной банки. Здесь каждый день воспринимается как вечность.
Он встал, рассовал по карманам стволы, документы, мобильники, два бумажника, несвежий носовой платок и пошел к выходу.
— Михаил.
— Да, — он обернулся.
— Мой вам добрый совет, уезжайте из Москвы. Прямо сегодня. Через недельку-вторую все устаканится, вот тогда и возвращайтесь.
— Спасибо за предупреждение — буркнул он и вышел.
— Да на здоровье.
В ванной я быстренько изрезал на лапшу темно-синий паспорт и спустил его в унитаз. Стащил с головы нашлепку, умылся холодной водой и пошел переодеваться. В кресле, на месте ушедшего Голикова, сидел, забросив ногу за ногу, Равшон.
— Теперь ты стал похож на человека.
— Спасибо за помощь, с меня поляна.
— Какие могут быть счеты между друзьями, ведь мы друзья, Влад?
— Конечно.
— Тогда почему в гости не заезжаешь?
— Как-то не получается, — пробормотал я, скрывая взгляд.
— Все тебе будут рады, — он вскочил и, подойдя почти вплотную, положил мне руку на плечо. Строго посмотрел в глаза.
А мне и не надо, чтобы кто-то меня винил! Я сам не могу себе простить, что тогда, в восемьдесят седьмом не смог спасти Алишера. До сих пор не могу. Именно поэтому, через два года после этого, я просил направить именно меня вызволять из зиндана Равшона…
— Приеду… — голос у меня дрогнул.
— Лучше уж сам, а то спецназ за тобой пришлю.
— Разберусь с делами и…
— Веселые у тебя, как посмотрю, дела.
— Какие есть.
— Тогда удачи, — и вышел.
Быстро собрав вещички, я оделся и, не прощаясь, покинул гостиницу через служебный ход. Проходя мимо контейнера с мусором, забросил туда ставший ненужным весь скарб шановного пана Шевченко. Прощайте навсегда, дорогой Василий Максимович, светлая вам память.
Внезапно появилось ощущение, что кто-то за мной наблюдает, причем, очень аккуратно, но я списал это на перенесенный стресс и побои от грубого гражданина Николаева.
Подошел к неброской «шестерке» на стоянке у входа в гостиницу, нажал на кнопку пульта на брелке, открыл дверцу и нырнул вовнутрь.
Вырулил со стоянки и поехал в сторону центра. Впереди меня, по образному выражению одного бывшего шефа, ожидало «не паханое поле работы».
