В фантастическом мире "Еда и Патроны", где технологии обновляются за каждым новым столетием, мир превратился в военное царство. Свыше шестисот боевых кораблей собралось вокруг главного порта, а флот ракетоносителей получил самое современное оружие - баллистические ракеты Trident II D5A. Крылатые бомбардировщики-невидимки B-2 с новыми системами модернизации готовятся к решающей битве, где каждая единица оружия имеет значение....
– Мне пятнадцать лет было, когда я последний раз что-то кроме схем и карт рисовал.
– Погодь, – вскочил со стула дед и, тряся указательным пальцем, выбежал за дверь.
Вернулся он с большим листом картона, малость обгаженного курами, стер засохший помет рукавом и торжественно вручил «холст» гостю.
– Во! Держи.
– И что мне делать с этим добром?
– Нарисуй меня, э-э… портрет мой.
– Я ж говорю, – Стас приложил ладонь к груди и медленно, вкрадчиво постарался объяснить: – давно уже…
– Ни-ни-ни-ни-ни, – затряс дед головой.
– Зачем портрет-то понадобился?
– Надо. К кресту присобачу, – пояснил дед. – У меня кусок оргстекла заныкан, я под него портрет-то засуну, и отлично будет.
– Как скоро помирать собрался? – поинтересовался Стас.
– Зря шуткуешь. Кому сколько отмерено – это одному Господу известно. А нам остается только быть готовыми. Вот я и готовлюсь. Крест-то уже давно сколотил, имя там вырезал, фамилию, год рождения.
"– Сопрут твое оргстекло. От креста отковыряют и сопрут.
– Ну и ладно, хоть чуток повисит, и то хорошо. Нарисуешь?
– Что с тобой делать? Все равно ведь не отвяжешься. Давай уголь.
– Это тебе какой надо? – спросил дед уже у печки.
– Сильно жженый. А лучше два.
– Щас, мигом.
Через минуту Стас уже сидел с листом картона и угольком в руках.
– Влево немножко повернись и замри.
– Ага.
Уголек, шурша, начал ползать по неровному бежевому листу, оставляя черные следы, обозначая контуры головы, размечая линии носа и глаз.
