Автор
Я внимательно осматривался через специальные датчики — больше доверял сигналам, чем своим глазам. Если по-прежнему вглядывался в окна кругового обзора, то лишь для наблюдения за караулкой поселения ссыльных, находившейся на задворках видимости.
– Своим нахождением здесь многие пытаются доказать правоту всего своего существования, отстоять собственное мировоззрение. Ну и, вполне естественно, отыскать ошибки в теории всемирного разрушения, которую выдвинули реформаторы.
– То есть вы продолжаете заниматься здесь академической наукой?
– Несомненно.
– А не лучше ли это делать там, среди основного населения этого мира?
– Может, и лучше… – Здоровяк обвел взглядом своих товарищей, не увидел возражения в их глазах и продолжил: – Но не про нас это… мы уже морально и на людей перестали походить.
– И ваши друзья верят этой информации?
– Получается, что верят. Тем более они не глупые и знают, как проверять записи.
О доступе любого ссыльного к «камням памяти», как иначе назывались системные блоки, Светозаров услышал впервые. Но раз здешние ссыльные уверены в честности своих товарищей, то в чем тогда дело? Почему они остаются в этом неприятном месте, лишая себя многочисленных житейских радостей?
И ладно бы тут год торчали или парочку десятилетий, а то ведь веками прозябают! Почему, спрашивается? Неужели заниматься теми же научными изысканиями здесь легче, чем, к примеру, в одном из многолюдных городов? Что их тут держит? Или без клятвы на крови Двойник отсюда ссыльных не выпускает?
Эти и многие другие вопросы Дмитрий задавал без единой паузы и получал обстоятельные ответы от Эркиля.
Остальные компании тоже помаленьку подтягивались к странному гостю и молча теснились поблизости, стараясь услышать каждое слово. Человек тридцать собралось плюс десяток великанов вида баюнги и пяток тонкокостных, высотой за два метра созданий из птичьего племени. Кажется, им всем были интересны сами вопросы, по которым они прекрасно понимали чаяния и сомнения вопрошавшего.
