Автор
Я внимательно осматривался через специальные датчики — больше доверял сигналам, чем своим глазам. Если по-прежнему вглядывался в окна кругового обзора, то лишь для наблюдения за караулкой поселения ссыльных, находившейся на задворках видимости.
А так как здесь не было ни одной женщины, то и разговор получился откровенный.
Громче всех говорил Живой Ужас. По его мнению, женщины должны заниматься только домашним очагом. Его поддержали три разумных кальмара (еще один так и продолжал допрос Купидона Азарова). На сторону пронзающих камни существ встали и молодые Арчивьелы, и молодой сознанием, но не возрастом, Дасаш Маххужди. Помня о том, что его супруга беременна и не поощряя ее тягу к авантюрным выходкам, к этой группе примкнул и Светозаров.
Вот и получилось, что поборником равенства мужчин и женщин оказался один Трибун Решающий.
– Вспомните женщин – лидеров ссыльных, – сказал он. – Да каждая их них двоих мужчин стоит, и если сил у них и меньше, то уж действуют они более гибко, изощренно и не тривиально. Только из-за их личной ненависти или желания прославиться в нашей истории усилилась эскалация уже начавшейся страшной войны.
– Ой ли? – не сдержал ехидной ухмылки граф Дин. – Почему-то ты с большой опаской относишься к своей невесте Анастасии. Да и королеву Пеолитанию избегаешь словно огня.
– Нашел кого в пример приводить! – воскликнул Крафа. – Твоя мать кого угодно в могилу своими воззрениями загонит, а королева Абрикосового мира попросту ведет себя нагло, возомнила себя пупом земли и хочет меня соблазнить всеми силами.
– Колючка? – переспросил Тител Брайс. – Ну, в этом мы и сами не сомневаемся. Есть в ней нечто не поддающееся рассмотрению и таинственное. Скорей всего, после тяжкого оживления с ней что-то произошло, какие-то важные структурные изменения тела и психики. А вот понять, что к чему, мы не можем.
