Автор
Я внимательно осматривался через специальные датчики — больше доверял сигналам, чем своим глазам. Если по-прежнему вглядывался в окна кругового обзора, то лишь для наблюдения за караулкой поселения ссыльных, находившейся на задворках видимости.
Не бегает, не отвлекает…
– Вот оно! – с восторгом заорал граф. – А где же твой братишка? Эль! Ты где? Отзовись! И не притворяйся, что нас не подслушиваешь!
– Ну… здесь я, – послышался юношеский басок.
– Ты понял свою главную задачу на время моего отсутствия?
– Нет…
– Ты должен всеми силами не давать сестре скучать! Задание понял?
– Да я с радостью!..
– Только с одним условием: чтобы замок и все в нем ценное остались в целостности и сохранности. Приступай!
Теперь уже Эрлиона заволновалась по другому поводу:
– Папа Дин! Ты что творишь? Он же еще совсем ребенок… Эль! Туда нельзя! Не смей это трогать! Ах ты!.
Так что магическая сущность вскоре вообще забыла про покой.
Но неожиданно разнервничалась невеста:
– Я боюсь забыть коды трансформации одежды хаюшь.
– Да ничего страшного! Забыла один – вспоминай следующий. Если и тот не вспомнишь, не беда. Ты все равно самая красивая и самая блистательная.
– А-а-а… зачем я тогда старалась и заучивала?
– И сколько заучила?
– Сто десять… – призналась Александра и сама испугалась за побледневшего супруга.
– Ну-ну, – буркнул Светозаров. – Отправляемся!
Графская чета вместе с пегасами оказалась на крыше самого высокого здания столицы империи. Дмитрий видел по ауре, что супруга продолжает нервничать, и решил поделиться с ней впечатлениями об «осветлении» мира Кабаний. Он провел эту операцию с союзниками, когда Шура спала, и еще не успел рассказать ей все подробности.
Так что перед началом церемонии Светозаров поведал и о рассеивании тумана, и о постепенном появлении звездного неба, и о восторге народа не только ночью, но и когда рассветное солнышко впервые за многие столетия осветило желающее этой встречи пространство.
По имеющимся данным, праздновать в Кабаньем «День осветления» собирались как минимум неделю. Затем туда следовало наведаться и сменить рыцарей оставленного там гарнизона. Не всех, конечно, а только желающих. Ибо многие выходцы из мира Гинвейл решили осесть на новом месте службы навсегда.
"До двенадцати часов осталась одна минута, когда жених чмокнул невесту в носик, попросил придерживаться сценария, не занимаясь отсебятиной, и исчез. А возник под трибуной самого большого стадиона империи и по лестнице поднялся на открытую площадку. Выше были только ложи для важных персон, расположенные широким полукругом. Там находился правитель империи Рилли со своим семейством и самые почетные гости.
