Автор
Я внимательно осматривался через специальные датчики — больше доверял сигналам, чем своим глазам. Если по-прежнему вглядывался в окна кругового обзора, то лишь для наблюдения за караулкой поселения ссыльных, находившейся на задворках видимости.
– И от тебя несет пожарищем!
– Ну, так заодно и пострелял… Надо же оружие иногда испытывать…
– И у тебя волосы в пыли!
– А то ты не знаешь мощность некоторых игрушек из моего арсенала! – Светозарову удавалось спокойным тоном говорить чистую правду.
– И одеты на тебе части комплекта с пуленепробиваемого сюртука! – Продолжался тщательный осмотр и допрос с пристрастием.
– Ну, ты же должна понимать, что во время визита на Землю следует хотя бы частично подстраховаться.
– А почему ты мне ничего об этом визите не говоришь?
– Как раз спешил на розыски тебя, такой строгой, капризной и сердитой, чтобы сказать: отправляемся с визитом к российскому президенту.
Это он правильно ударил нужным вопросом в самое чувствительное место. Глаза Александры округлились, а сознание тут же стало работать только в одном направлении: «Мне нечего надеть!» И последовавший комплимент ее нисколько не успокоил:
– Хотя и в этом костюме ты смотришься божественно!
Судя по отсутствующему взгляду, она уж плотно общалась с Эрлионой, требовала срочно позвать в гардеробную кастеляншу Бригиту и швею Тельму для помощи во время приведения себя в должный порядок.
– У тебя всего пять минут, так что сильно не фантазируй, – предупредил Дмитрий.
Любимая умоляюще воскликнула:
– Димочка, пожалуйста, мне надо полчаса!
Он скривился и не преминул напомнить:
– Ты ведь прекрасно знаешь, насколько я занят! Но… так уж и быть, и только ради тебя.
Он еще продолжал говорить, а Шура уже мчалась по коридору к гардеробной, словно юная и совершенно несолидная учащаяся академии.
Пришлось и Дмитрию поторопиться. Прыжок – и он оказался на конспиративной квартире в одном из европейских городов Земли. Быстро связался с приемной президента, произнес обусловленный еще при первой встрече пароль.
– Да, господин президент недалеко и сможет вас принять минут через двадцать, двадцать пять.
– Я его надолго не побеспокою, минут на десять, не больше.
