Роман о том, как любовь толкает людей на безрассудные поступки, меняя их жизнь навсегда. Героиня descobers в себе смелость совершить то, на что никогда не решилась бы раньше. Страстная история о силе чувств, которые делают нас по-настоящему живыми и открывают новые грани собственной личности.
– Не, мужики, я не такой смелый, чтоб пьяным и за руль…
– Так и мы не такие, Андрюша! – засмеялся Марк.
– Да я уже понял, – хохотнул Рысь, – вам много нельзя, а мало не умеете.
– Так никому нельзя! Сам подумай. На черта пить и не напиться? Это как девку раздеть – и не потрогать. На хрена оно надо… такое мучение.
Низкое солнце, чуть прикрытое закатной пеленой, сверкало за крышами поселка, играя на черепице и металле. Высоко в небе гудел самолет. Где-то вдалеке лаяла собака. Еда на столе была простая и сытная. В самый раз, чтобы утолить зверский аппетит, разыгравшийся после тяжелой работы.
Мужчины устроились в беседке, снова разговорившись о работе.
– Надо сблизиться с отцом и перенять его опыт, – рассудительно сказал Федор. – Будем честны, сейчас он рулит. Но все мы не вечные. Когда-нибудь вся эта махина повиснет на тебе.
– Ну круто че… не любить, не заботиться, не вспоминать всю жизнь, не знать… а махину, читай, ответственность – повесить. – Андрей зажевал кусочек сала с черным хлебом. Ни то, ни другое он не любил, но сегодня они показались ему нереально вкусными.
– А еще деньги, Андрюшка, деньги! – засмеялся Марк. – Большие деньги!
– Если ставить вопрос так, то в чем вообще смысл.
– Не знаю, Андрюша. У меня нет богатого отца. Не знаю, как бы я себя вел, появись у меня папа с большими деньгами. У меня вообще отца не было. А у тебя есть. И мама, и папа. Давай лучше выпьем за их здоровье.
Андрей помедлил, не спеша поднимать рюмку.
– Ты не прав, – неодобрительно сказал Марк.
– Почему?
– Вот выпей за здоровье родителей, тогда скажу.
Каверин глотнул водки. Андрей нехотя, но тоже выпил.
– Давай. Может, чего нового мне скажешь.
– Нового, наверное, ничего не скажу. По мне, на этот свет мы приходим такие, какие есть. Вот таких Бог дал тебе родителей. Не других, которых ты сам себе придумал. А этих – со своими проблемами, проступками и недостатками. Прими это и живи свою жизнь. По-другому никак, Андрюша, а иначе есть шанс вообще все прое… пролюбить.
Было в словах Марка рациональное зерно, с этим нельзя не согласиться, но и принять эту реальность вот так запросто Андрей не мог.
– Поверь, Андрюша, я битый волк, и кое-что знаю о жизни. Худой мир лучше самой доброй войны. Гораздо лучше. Неважно, война это религиозная, гражданская… война между государствами… или в семье.
Каверин знал, что такое война не понаслышке.
