Автор
В темном лесу под грохот сердца бьется страх и надежда на спасение. Здесь убийцы приходят ко снующим по кошмарам жертвам, берут то, что принадлежит им одному. Васильев Буйный — это не просто имя, а холодная тень, окутывающая сердца его жертв, пока они спят или входят во сны....
Всё заполняется дымом, ничего не видно, дышать очень сложно. Сердце буквально вырывается из груди бешеными ударами.
Стальной захват на моём плече заставляет взвизгнуть. Подаюсь вперёд, хочу вырваться, но ничего не получается. Пальцы вжимаются в кожу лишь сильнее.
Резкий рывок и я оказываюсь в воздухе, а через секунду уже закинута кому-то на плечо.
Дым мешает что-то рассмотреть. От того, что здесь душно и нечем дышать, голова идёт кругом, глаза прикрываются. Я плохо соображаю.
Протягиваю руку вперёд, кажется, вижу силуэт подруги, её тоже забирают.
— Алиса…. Алиса… — Хриплю, глаза слезятся. А после перед глазами всё плывёт, голова тяжёлой ощущается.
Когда меня выносят на улицу, я жадно хватаю ртом воздух. Не могу надышаться. Голову тут же начинает сжимать, как будто с двух сторон молотками бьёт.
Как только у меня появляются силы, я начинаю вырываться. Бью громилу по спине, кричу, даже пытаюсь укусить. Но он совершенно никак не реагирует. Ему плевать, просто несёт меня дальше.
Остановившись возле одной из машин, закидывает на заднее сидение.
— Ублюдок! Пусти! Не смей!
Я бросаюсь к дверце, хочу выбежать, но не успеваю. Машину закрывают, блокируют. А я остаюсь внутри салона.
Первые секунды я как ненормальная бью кулаками по всем стёклам и ору. Пока силы снова не заканчиваются. После проверяю не оставили ли ключи в замке зажигания. Даже в бардачок заглядываю. Мне бы не помешало что-то железное, чтобы им окно разбить. Но в машине ничего нет. Мне не везёт. Но то, что удача от меня отвернулась, я узнаю спустя несколько минут.
С каждым его шагом мне становится всё хуже и хуже. Горло сдавливает, как будто на нём уже сжались его пальцы. Кожа лица горит, как будто он яростно впивается в него взглядом. Наверное, вот так люди и ловят инфаркт.
Когда дверца машины открывается, я уже и дышу с трудом.
— Зря стараешься, кукла, машину специально подбирал, зная твои возможности. — Его голос бьёт по натянутым нервам, в кожу как будто одновременно впивается тысяча мелких иголочек, это меня заставляет дёрнуться.
Эмир одним резким движением притягивает к себе. Сжимает пальцами скулы, надавливает.
