Будто ещё секунда и она перекинется, чтобы вонзить мне в спину свои когти, а зубы в горло. И мне даже начинает казаться, что я готова попросить её об этом, так сильно я хочу её крови сейчас.
Но она держит себя в руках, и я испытываю странную толику разочарования. Вместо драки на лестнице, я вхожу в первую ближайшую дверь и тут же чувствую, как на моём запястье смыкается сильная девичья ладонь и с силой толкает к стене. И, возможно, это могло бы быть болезненно, если бы не одно «но» — больнее того, что я уже испытываю нет.
— Решила мне угрожать, тварь, — шипит она мне в лицо, прижав моё горло локтем. — То, что чуть не сдохла сегодня ума не прибавило, что ли⁈ Только попробуй испортить мне этот вечер и я сама лично закончу начатое!
Черты лица Райсин плывут и всё больше звериного начинает проявляться в ней: от узкой ниточки зрачка и заканчивая в миг удлинившихся когтей и клыков. И, наверное, совсем недавно я бы даже испугалась, но только не сейчас.
— Зачем ты это сделала? — дрожащим голосом, сиплю я, делая вид, что обмираю от ужаса.
И ни что в моём теле не выдаст ложь. Запах, сердцебиение, мимика всё идеально! Годами вбитое под кожу искусство лицедейства, когда тело воплощает магию чувств и эмоций, превращая квисэн в ту, которой невозможно не поверить!
— Зачем? — тихо спрашивает она. — Зачем⁈ — рычит мне в лицо. — Потому что угрозы необходимо вырывать в зародыше, — ведёт она отросшим черным когтем по моей метке. — И ты ничего не докажешь, можешь даже не надеяться, что я оставила хоть какие-то следы! Так что не смей угрожать мне! Поняла?
— Какие угрозы? О чем ты? — шепчу, а сама начинаю плакать, показывая всю свою беспомощность перед силой тигрицы.
— Ты угроза для кое-кого важного для меня! И, мне плевать, чего это будет стоить, но если попробуешь мешаться, то я найду способ завершить начатое! Так что сиди тихо и не отсвечивай, поняла?
Так, похоже говорить, о том, что ею двигало она сама не хочет. Ну, да, оно и к лучшему!
— Поняла, — совершенно спокойно, отвечаю я, легко перехватывая запястье Райсин и силой поворачивая её, меняя нас местами и впечатывая её в стену. — Хорошо, что ты молчишь, тем интереснее будет, — улыбаюсь ей, обнажая удлинившиеся клыки и любуясь ошарашенным видом её лица, а в следующую долю секунды, грубо хватаю её за горло и с наслаждением позволяю клыкам вспороть нежную девичью кожу.
Первый глоток, словно эликсир, солоноватый бальзам, пролитый на иссушенную почву моего естества. Квисэн стараются не пить кровь. Она даёт как силы, возбуждение, энергию, так и здорово затуманивает сознание. Нет лучше вина, чем свежевскрытая горячая кровь. Невозможно остановиться, отпустить, а если злоупотреблять, то можно и вовсе свихнуться. Но кровь врага сладка.