Автор
В этой книге рассказывается о материнской любви, готовой к любой цене, чтобы защитить дочь — даже от страшной собаки. Ее смех и уверенность делают героиню яркой и реалистичной, в то время как мужество против большей силы вызывает сильный шок.
Рванувшись вперед, я впилась зубами в его мягкую щеку. Впилась так, что в рот тут же хлынула горьковато-соленая кровь.
Он закричал, я подхватилась на ноги и, преодолевая боль, принялась быстро-быстро моргать.
Вперед, в дверной проем!
Над плечом пролетела какая-то яркая вспышка, которая осветила весь коридор и подсказала, где находится лестница.
Вниз! Быстро-быстро, не позволяя себе отвлечься.
И… Тупик? Темно, слишком темно. А глаза так сильно болят, так слезятся!
Я пыталась сорвать эту колдовскую ленту, но пальцы проходили сквозь нее.
«Почему тупик?!» — с отчаянием подумала я и тут же услышала чей-то противный, визгливый голос:
— А я вам говорю, что…
Лестница не может привести к тупику, а значит, здесь просто потайная дверь. Но мне ее не найти! Не в такой ситуации!
И я просто бросилась вперед, всем телом ударилась о преграду, из-за которой слышался голос.
Под моим весом стена прогнулась, и я отчетливо поняла: это всего лишь натянутая ткань. Осознание придало сил, и я принялась царапать ее, рвать, толкать!
А через мгновение услышала ни с чем не сравнимый рвущийся звук.
— Помогите, прошу, — выдохнула я, когда чьи-то сильные руки вытащили меня из этого тупика.
И только будучи прижатой к крепкому мужскому телу, я опознала своего спасителя по запаху. Моргелин, мой временный, мой любимый муж.
— Эйлин, — коротко выдохнул Гел, — Эйлин.
А мне было нечего ему ответить. Я просто спрятала лицо у него на плече и горько разрыдалась.
— Сейчас, моя хорошая, сейчас, — шептал Гел и скользил пальцами по моим волосам. — Вот так, вот. Покажи мне свои прекрасные глазки.
— Вряд ли они сейчас прекрасные, — выдохнула я.
— А вот мы их пролечим — и все, утром будут сиять, — шепнул он и коснулся губами моего виска. — Как же я испугался за тебя.
Лицо обдало свежестью очищающего заклинания, и я благодарно улыбнулась.
— Они хотели знать дату и время особого дня. У них есть лазутчик.
— Все будет хорошо, — клятвенно произнес Гел. — Только объясни, ради Отца-Хаоса, как им удалось внушить тебе, что Деми сбежала?
— Давай уйдем отсюда? — попросила я, пропуская мимо ушей его вопрос. — Пожалуйста.
И, чуть успокоившись, бросила короткий взгляд вокруг. А вокруг была какая-то бедная, грязная таверна.
