Автор
В этой книге рассказывается о материнской любви, готовой к любой цене, чтобы защитить дочь — даже от страшной собаки. Ее смех и уверенность делают героиню яркой и реалистичной, в то время как мужество против большей силы вызывает сильный шок.
Подол выходного платья шуршал по красным плитам, каблуки едва слышно стучали, и я вдруг вспомнила имперскую моду на металлическую набойку. Было время, когда по дворцу Его Императорского Величества как будто табун кобылок носился. Впрочем, Император быстро пресек эту моду.
""Надо же, какие только глупости не придут в голову"", — хмыкнула я про себя."
"Надо признать, что хоть мне и удалось немного заработать, но от этой встречи я ожидала совсем другого. И сейчас мне было как-то… Как-то тоскливо. Когда нам удалось добраться до Кальстора, столицы Сагерта, мне почему-то подумалось, что вот теперь-то все будет иначе!
— Мама, смотри! Смотри, красивый цветочек!
Дочка, подпрыгивая, показывала пальцем на лужайку, покрытую нежной весенней травкой.
— Не стоит, милая, трогать этот цветочек, — осторожно сказала я. — Он очень интересной, гм, формы. И цвета.
— И шевелится! Он машет нам листиком! Ой, смотри, собачка!
Отведя взгляд от крайне странного растения, я посмотрела вперед. А там, держа на поводке уже знакомого огромного пса, шел Гел.
— Гел, ты уже подошел? Видишь женщину с девочкой? Хватай ее и держи! Не дай ей уйти! Догони, если придется!
Такой напор, как и подача, заставил меня похолодеть от ужаса. Что там случилось? Кто-то из мастеров зелий покалечился, следуя моим расчетам? Так не успели бы! То есть и не должны были, но…
""Успокойся"", — приказала я сама себе и непринужденно улыбнулась подошедшему Гелу.
Он же, поклонившись, подмигнул Деми и подхватил мою левую руку! Аккуратно, почти нежно сжав мои похолодевшие пальцы, он шепнул:
— Умоляю, не уходите. Арлетт съест мой разум чайной ложкой.
— Мама обиделась на квэнти Арлетт, — бесхитростно выдала моя дочка и бесстрашно полезла к псу.
— Деми! — ахнула я.
— Он не ест людей, — поспешно успокоил меня Гел. — У нас другая проблема: я никак не могу научить Tшeppа понятию частной собственности.
— Вот как? — Я настороженно наблюдала за тем, как моя дочь, такая маленькая на фоне огромного пса, двумя руками наглаживает его по спине.
— Он ест все, что видит, — скорбно произнес мужчина.
И в его голосе было слышно столько тоски, что я невольно ему посочувствовала. А после, вспомнив, как мы познакомились, и поняв, что такие ситуации сопровождают его повсюду, пожалела его по-настоящему.
— Может, он просто не наедается? — предположила я.
