Автор
Девушка кажется обычной, но все ее связи и родственников уже обняли в руках правоохранителей. Теперь за нее будут бороться лишь лучшие умы города, чтобы вы unravel the mystery and unveil her true identity before it's too late.
Или куда ты ездишь в подобных случаях?
– Я подам на развод!
Мужчина вдруг оборачивается, и я замечаю край его улыбки. Она еще холоднее голоса.
– Ты не успеешь.
– Ты что… ты мне угрожаешь?
Мужчина ничего не отвечает. А женщина отходит на несколько шагов назад. Тут они оба наконец замечают меня.
– Ваше Сиятельство, – Глист прочищает горло. – Я доставил Глеба Александровича, как вы и распорядились.
Глава 13
Что за порядки в этом доме? Что за дурацкие обращения? А вообще мне без разницы. Не важно. Я тут проездом, поэтому нет смысла разбираться.
Мужчина отправляет Глиста на выход кивком головы. Женщина сама спешит убраться подальше.
– Добро пожаловать, Глеб Александрович.
Мой отец. Я понимаю это, когда вижу его глаза. Они точно такого же цвета как мои. Я как будто смотрю в зеркало. Но это чувство быстро проходит.
Чужак он. Чужак. Нет у нас ничего общего.
– Теперь твоя жизнь станет сказкой, – обещает мужчина.
Да ну? Похоже, эта сказка не по моему нутру.
– Я должен проведать Тамару, – говорю.
Он выгибает бровь.
– Ты останешься здесь, Глеб.
– Нет, – мотаю головой. – Мне к Тамаре нужно.
– Что за странные желания? – хмурится. – Разве тебе не объяснили, кто я? Ты не понимаешь, куда попал?
– Ладно, – пожимаю плечами. – Ты мне никто. Без твоего разрешения справлюсь. Дорогу знаю.
Я разворачиваюсь и направляюсь на выход, но на пути встают охранники. Несколько высоких типов закрывают проход.
– Ты еще не вполне… освоился, – говорит мужчина.
Я оборачиваюсь.
– По-хорошему отпусти, – говорю. – Все равно уйду.
– Ты уверен?
Я смотрю на него и не понимаю, почему этот тип показался мне похожим. Глаза. Да, точно – глаза. Но цвет не считается. Мы совсем разные.
– Я уверен, – отвечаю.
– Конечно, ты можешь уйти без моего разрешения. Никто тебя силой держать не станет, – говорит мужчина и делает знак охранникам, чтобы те уходили и не мешали.
– Ты что такое несешь?
Я наступаю на него. Кулаки сами собой сжимаются. А он только ухмыляется. Широко, самодовольно. И от него веет холодом похлеще чем от его чертового дома.
