На высоте миллиардов километров над Землей, сотни парящих гравиплатформ сияют под бескрайним голубым небом. Вокруг нас танцуют облака, переливаясь всеми цветами радуги в предвкушении праздника, когда мы отправимся на межзвездные станции. На больших экранах сияет световое шоу — исторические события человечества и потоки яркого света создают невероятную картины, подчеркивающие величие нашего путешествия в далёкий космос....
– Изъятие яйцеклеток? – глухо переспросила я, надеясь, что ослышалась или чего-то не поняла.
– Да! – дружно кивнули все присутствующие умники.
– Мне непонятно, почему ра Джар так остро отреагировал, когда догадался, о чем пойдет речь, – нашелся рум Жмель.
– Умный парень, весь в отца, жаль, выбрал стезю военного, – проворчал дерум Шик.
Рум Жмель бросил на коллегу раздраженный взгляд, прежде чем продолжить:
– Уже много лет каждая рантана добровольно проходит процедуру изъятия лишних яйцеклеток. Передает их бесплодным женщинам, которые жаждут ребенка.
Последнюю цифру Жмель произнес с таким придыханием, что стало понятно: этим-то я для них и привлекательна!
– Четыреста потенциальных уникальных детей с сильным генотипом. Каждый из которых будет способен принести еще минимум от пяти потомков в худшем случае. Да, четыреста – тоже мало, но это уже не капля, а небольшой ручеек, который способен в будущем оказать пусть минимальное, но благотворное воздействие в целом.
"– Вы хотите изъять у меня все яйцеклетки!? – вытаращилась я на этих мудрецов.
– Ну почему же все, – осторожно вмешался незнакомый рант. – Трехсот, возможно, пятьдесяти будет достаточно. А все оставшиеся – вам… хотя это очень много для одной женщины.
– Нет! – категорично заявила я.
– Хорошо, можем вам еще парочку десятков оставить…
– Нет! Я не готова отдавать своих потенциальных детей кому попало.
– Откуда такое недоверие к нам? – удивились государственные деятели. – Ведь мы спасли вас из плена, вывезли с Полярной, дали кров и…
– Можете вернуть меня на Полярную, – устало заявила я. – Там слаборазвитый и невежественный народ, но, кажется, более цивилизованный. И не вынуждает торговать своими потенциальными детьми, продавая их за безопасность, гипотетические права, неизвестные обяза…
– Не забывайся, ты не в том положении, девчонка, чтобы ставить здесь кому-то условия и укорять, – зло оборвал меня дерум Шик.
– Не я, – осуждающе кивнула я. – Не моя вина, что вы в настолько отчаянном положении, если взялись шантажировать беременную, слабую, несчастную женщину, потерявшую все на свете. Все, что я могла отдать, – уже у вас и от всего сердца.
