Фенька случайно становится свидетельницей убийства своей подруги Милки. Вскоре начинают происходить странные события: появляются загадочные письма, а сама героиня попадает под подозрение. Ей придется разобраться в запутанной истории шантажа и преступления, чтобы найти настоящего убийцу и...
Раздел Chitat.online для книги «Единственная женщина на свете» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Фенька случайно становится свидетельницей убийства своей подруги Милки. Вскоре начинают происходить странные события: появляются загадочные письма, а сама героиня попадает под подозрение. Ей придется разобраться в запутанной истории шантажа и преступления, чтобы найти настоящего убийцу и...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Фенька случайно становится свидетельницей убийства своей подруги Милки. Вскоре начинают происходить странные события: появляются загадочные письма, а сама героиня попадает под подозрение. Ей придется разобраться в запутанной истории шантажа и преступления, чтобы найти настоящего убийцу и...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Что в этом особенного? Ей пришла охота меня напугать? Зря, я не из пугливых. Может отправляться на кладбище своим ходом.
– Она тебя любит, – жалко пробормотала я.
– Что ты заладила? Ну, любит. И что? А я не люблю. Немного поваляется в больнице, глядишь, мозги на место встанут.
– Стас…
– Да что за черт! Какое тебе дело до Насти? Давай, пожалей ее. Как была дурой, так дурой и осталась. – Он еще что-то кричал, а у меня в мозгах точно замкнуло. Как будто я вновь в комнате с низким потолком, а с крюка свисает веревка с петлей на конце."
"– Ты не знаешь, как это больно, – с трудом произнесла я, а потом заорала: – Ты не знаешь… сволочь, ненавижу тебя… ненавижу… – Мы стояли совсем рядом, глядя в глаза друг друга, и я повторила беспомощно: – Ты не знаешь, как это больно…
По его лицу прошла судорога. Он невесело усмехнулся и сказал:
– Теперь знаю. – Взял с кресла пиджак и ушел. А я осталась.
Дверной звонок надоедливо трезвонил, я поднялась и, ступая, точно пьяная, направилась в прихожую.
– Феня, ты дома? – взывал знакомый голос, я распахнула дверь и увидела соседку с третьего этажа. – Ты заболела, что ли? А я звоню, звоню… Да ты слышишь меня?
– Слышу, слышу. Чего надо?
– Мужчина к тебе ездит, высокий такой…
– Славка?
– Какой Славка, что я, Славку твоего не знаю. Высокий, волосы темные, на черной машине. Ты бы глянула, не его ли машина стоит. Возле гастронома. Кажись, его. Я в машинах-то не больно разбираюсь.
– Далась вам его машина…
– Так ведь это… стреляли там… Ты что ж, не слышала? Мы с Марьей Павловной гуляем, смотрим, народ бежит, ну и мы пошли взглянуть. А я говорю, машина-то у нас во дворе стояла. К Феньке, говорю, мужчина приезжал…
– Стреляли? – не поняла я.
– Стреляли… страсть…
– Где? – ухватившись за стену, спросила я.
– Так, говорю тебе, у гастронома.
Я боялась, что не смогу сделать ни шага, но побежала. Вниз по ступенькам, потом переулком к гастроному… Толпа любопытных жалась на тротуаре, машину Стаса с выбитыми стеклами оттащили в сторону, парень в синем комбинезоне посыпал песком кровь на асфальте. Мужчина в милицейской форме крикнул, чтобы я отошла, и вдруг пошел навстречу.
– Ваш знакомый? – спросил хмуро.
Я кивнула, не в силах оторвать взгляд от крови, которую медленно впитывал песок.
– Где он? – Слова давались с трудом, и я испугалась, что мужчина меня не поймет, и повторила отчаянно, собрав все силы: – Где?
– «Скорая» увезла.
– Он жив?
– Ну, если «Скорая» увезла, значит, пока жив.
Я не помнила, как добралась до больницы, с кем разговаривала, как оказалась в коридоре с расшатанной скамьей в углу. Я сидела, сцепив руки, без мыслей, без чувств, замерев в том спасительном мгновении, когда услышала «он жив», с отчаянной решимостью остаться в нем навсегда.
