На нем футболка с логотипом какой-то геймерской команды, на лице — скучающее выражение.
— Чупа, — летит ему. — Эт мама твоя?
Снова хохот."
"На губах Чупы появляется усмешка. Его взгляд тоже наглый. Наглый и агрессивный.
Он ударил моего брата. Развел его на деньги, в которых, судя по всему, даже близко не нуждается. Он просто… отбитый малолетний мудак. Может быть, все дело в том, что ему никогда не давали сдачи?! Им всем.
— Я сестра Никиты Волгина, — говорю ему.
— И че? — бросает. — Хочешь у меня отсосать?
Дождавшись, пока схлынет очередная волна гогота, говорю:
— Я хочу, чтобы ты вернул Никите телефон.
Можешь отдать его мне.
Усмехнувшись, он делает вид, будто роется в кармане шорт. Когда достает оттуда руку, перед моим лицом возникает выставленный вперед средний палец, и это движение Чупа сопровождает комментарием:
— Ага. На.
Мой голос звенит, когда говорю:
— Верни телефон, иначе мы с тобой встретимся в полиции.
— Пошла на хуй, — произносит, снова бросая мне в лицо средний палец.
Отшатнувшись, я ударяю ему по руке ладонью, ведь его кулак слишком близко, и в ту же секунду понимаю, что сделала это зря. Зря вообще сдвинула эту границу. Границу прикосновений и физического контакта.
Он будто кровь почувствовал, этот Чупа. Вспышкой на его лице возникает оскал.
Я налетаю спиной на дверь. Смотрю на притихших зрителей, они наблюдают. Затаившись с жадным интересом в глазах, будто в цирк пришли.
Мое лицо пылает от прилившей крови.
Я их не боюсь. Это всего лишь дети. Все они.
Я помню об этом. Не забываю ни на минуту, предупреждая:
— Я выйду отсюда и пойду прямо в полицию. И напишу заявление…
— Давай провожу, — говорит с издевкой.
Еще до того, как он делает шаг, предупреждаю:
— Отойди от меня.
— Че ты такая дерзкая…
Он разводит руки в стороны и двигается ко мне.
Теснит своим телом в сторону, будто играя. Все с тем же глумливым оскалом на лице. Со вседозволенностью. С абсолютным пониманием, что я вынуждена дать ему отпор. Вынуждена выставить вперед руки и толкнуть его в грудь, то есть проявить агрессию.
Дать повод схватить себя за запястье…
Я роняю на пол шлем.
— Отпусти! — выдергиваю руку.
— Пацаны, проводим телочку? — обращается он к своим друзьям.
— Обязательно…
Они окружают со всех сторон, и это заставляет меня крутиться на месте. В панике. В чертовой панике от грубого вторжения в мое личное пространство.
Между ног под сарафан проскальзывает чья-то рука.
Мой пульс превращается в бешеную кривую.
