Нина, несмотря на страх перед будущим отчимом и пасынком, решается на первый шаг – покупку современного рюкзака. Но как бы она ни старалась сдержать волнение, кожаный рюкзак всё ещё оставался несмолкающим свидетелем её страха и нерешительности в этой новой жизни.
"Марина Кистяева
Её итальянец
Пролог
Погода была ужасной.
Под стать настроению Нины.
Запихивая в сумочку телефон, блокнот и планшет, она понимала, что безнадежно опаздывает.
Мама её не простит.
Все уши прожужжит, какая она бессовестная дочь, что не могла заранее договориться с заказчиком, а то и вовсе отменить встречу. И всё почему? Потому что мама Нины – Елена – собралась знакомить дочку с будущим отчимом и пасынком.
По её логике Нина должна была быть безмерно счастлива.
От нервозности девушка никак не могла закрыть кожаный рюкзак.
Дальше – хуже.
Уже на выходе из офиса ей позвонили со станции и сообщили, что машину не сделали. Пришлось вызывать такси. Это ещё лишние пятнадцать минут.
Мама точно её убьет…
Не то чтобы Нина расстраивалась. Просто было неприятно. Зонта, кстати, у неё тоже не было.
Если не везет, то не везет основательно. Рассчитавшись с таксистом, Нина вышла из машины.
Чтобы сразу же споткнуться.
Она не упала чудом.
Вернее, чудо в её случае выступило в лице широкоплечего смуглого незнакомца с темными волосами. Цвета вороного крыла, почему-то подумала Нина.
Какие-то доли секунды.
Мгновения…
– Осторожнее.
У неё уже тогда мелькнула мысль.
Слишком красивый.
Опасный.
Настоящий хищник каменных джунглей.
Он задержал руку на её локте дольше, чем полагалось.
– Спасибо.
Она не заметила легкого акцента, с которым говорил незнакомец.
Зря. Ох, как зря…
Беспокойство кольнуло её, когда она увидела, что он также входит в ресторан.
Пустяки, сказала она себе и направилась в дамскую комнату, чтобы привести себя хотя бы немного в порядок. Поправить волосы, нанести тон на лицо, блеск на губы.
Когда Нина услышала, что её мать выходит замуж за некого итальянца, Луиджи Ферри, она вздохнула с облегчением.
Наконец-то мама успокоится. Угомонится… и не будет доставать её. Она искренне любила маму и желала ей счастья, но порой та становилась несносной.
Особенно, когда что-то вбивала себе в голову.
А она вбила, что ей снова пора замуж.
– Засиделась я.
