Брр…
Однако эдаити сейчас намекнул именно на это. Что не так уж отличаюсь от них. Разве что с поражающим уровнем возможностей у меня попроще. Ради спасения или выживания все мы способны уничтожить другую жизнь. Еще и оправдываем себя убеждениями в ее неразумности.
Неужели так заведено в природе?..
– Что будем делать дальше?
Мой голос звучал уныло – я запуталась в своих же принципах, устремлениях и намерениях. Одно ясно: чтобы выжить, мне придется оставить привычную Трою в прошлом.
– Отдыхать, – откликнулся Кин. – Трое необходим отдых.
– Как долго мы шли? – Попыталась рассмотреть хоть что-то над вершинами тусклых сероватых кристаллов, но ничего, кроме туманной мути, не увидела. – Местных солнц не видно.
– По моим ощущениям, уже наступила ночь. Здесь стало немного сумрачнее.
Мне тоже показалось, что слегка потемнело, будто небо над нами накрыло грозовой тучей; глаза приходилось напрягать сильнее, чтобы видеть окружающее пространство.
Поразив неимоверно, Кин вдруг похлопал ладонью по своим расслабленно вытянутым ногам, очевидно, предлагая устроиться на них.
– Ах, да, ультразвук, – со вздохом пробормотала уже привычную мантру и двинулась к мужчине с чувством полной предопределенности.
Замерев, не сразу осознала смысл сказанного. Убийственного звука нет? Страшиться мучительной смерти не надо? А значит, нет необходимости и спать рядом…
В душе, к моему удивлению, промелькнула досада на такую несвоевременную честность. И тут же одернула себя: так размякла от пережитого, что уже осознанно и целенаправленно ищу защиты у ами… эдаити?! Троя Флэш, это – позор!
Решительно отстранившись, села с Кином рядом. Стараясь делать это не слишком явно, заерзала на песке, отдаляясь. Лягу тут! Совсем уж отходить неразумно, угрозу нападения кого-нибудь непонятного никто не отменял. Бродя целый день в поисках хоть какой-то живности, встретили всего одну тварь, но по закону подлости…
Потерла ладони, непроизвольно пытаясь очистить их от песчинок, налипших, как на клей, на слой протеинового желе, оставшегося на руках после еды. Да и лицо я основательно измазала, вынужденная загребать еду руками. Вздохнув, одернула себя: отныне я дикарка. И благоухаю наверняка соответственно, с момента посадки пригодная для умывания вода нигде не попадалась. Водоемы на этой планете нам не встретились – вязкая грязь болота не в счет.
– Мыться, как в душе? – переспросил Кин, продолжая наблюдать за каждым моим движением.
Стоило услышать вопрос, сразу вспомнила, как в первый раз уснула с ним рядом мокрая.