Понимаешь, чем это грозит мне?
– Да просто со стороны казалось… – Игерь был преисполнен раскаяния, – во всем, что тебя касалось, он поступал так… собственнически.
– Именно! – Зарычала бы, но пострадавшие ребра не позволяли легким развернуться во всю ширь, выдав нужный диапазон звука. – Он изначально возомнил, что я – кусок торта, который надо распробовать! Именно его кусок.
Так хотелось сказать: на этом все! Но язык не повернулся. Не после случившегося в зиянии. Наоборот, вдруг вспомнила, как двигались губы Кина, когда он спокойно, со стопроцентной уверенностью в своих словах обещал, что всегда за мной вернется. Проклятье, но он уж точно не подразумевал ситуацию, когда на его хвосте будет висеть союзный флот! Это не местная неведомая зверюшка…
Хотела бы я, чтобы он словно безумец отправился в логово врага ради моего спасения? Нет. Такого и врагу не пожелаешь, а Кина врагом я больше не считала.
– Просто солги им, – предложил собрат по несчастью очередную идею. – Придумай что-нибудь, чтобы отстали. Об амиотах… Давай вместе подумаем, мы много дней были рядом, что-то же да подметили? Что можно счесть за их слабость?
Сердце болезненно екнуло. Смогу так сделать? Снова смирюсь, пойду на поводу у обстоятельств, чтобы выжить?
– Бессмысленно. Быстро станет ясно, что наши сведения ложные. Они не подтвердятся. И тогда…
Какой будет расплата за обман, позволила Игерю додумать самому.
– Что же нам делать? Как выжить и на кого теперь полагаться? Как убедить военных сохранить наши жизни? – шептал штурман, с понурым видом присев рядом. Сквозь пластиковую обмотку мы наблюдали за редкими перемещениями между палатками военных в тренировочной форме.
– Хороший вопрос, если б я знала ответ на него…
– Какая-то беспросветная обреченность. Что там, что здесь. Нас ждет лишь гибель.
– Знаешь, сколько раз с момента побега амиотов со станции я так думала? – Растянуть пострадавшие губы в натужной улыбке оказалось непросто. – Достаточно, чтобы понять: будущее не предугадать. Уже устала бояться смерти. Поэтому предлагаю не тратить время попусту, а постараться восстановиться и отдохнуть.
– Мне точно не уснуть при таких обстоятельствах. – С тяжелым вздохом Игерь вытянулся на пластиковой подложке.
Минут через пять он уже сонно посапывал; перенесенный стресс и усталость взяли свое. А я почти не спала. Забывалась на считаные минуты и просыпалась, вздрагивая от малейшего шума. Раскинутый над лагерем силовой экран мерно переливался радужными разводами. Ни «комаров», ни скачков температуры, ни ультразвука не было – видимо, защита надежная. Но мне в «комфорте» спать было тревожнее, чем под боком у не знающего жалости эдаити.