В темном лесу под прикрытием ночного караула, унтер-офicer дает команду. В воздухе полыхают факелы, создавая непроглядную тьму. На грани сна и бодрствования, читатели найдут в "Егере императрицы" жестокую атмосферу русской деревни и беспринципные игры дворянства в XVIII веке....
Нижние чины по списку проверены, все в наличии. Докладывает помощник дежурного по полку прапорщик Шталь!
– Офицеры все в расположение вернулись? – поинтересовался Егоров. – К ним замечаний никаких не было?
Молодой офицер покраснел и, ещё более вытянувшись по струнке, продолжал молча стоять перед командиром полка.
– Ну что застыл, прапорщик, нечего сказать? – усмехнувшись, спросил Егоров. – Мне повторить свой вопрос?
– Не надо, ваше высокородие, – выдохнув, ответил тот тихо. – По наличию офицеров, виноват, доложить ничего не могу, но замечаний к ним у меня нет.
– О как, – с усмешкой проговорил Алексей. – Ладно, разберёмся. Живан Николаевич, проверь сам, как там оно в командирской казарме. Всё понимаю, только из похода люди вернулись, устали. Отдых, поправка им нужна, лишь бы только без дури обходилось. Ну да не мне тебе объяснять, сам всё прекрасно понимаешь.
– Слушаюсь, господин бригадир. Всё понятно, проверю каждого и доложусь вам.
Милорадович направился к стоящему крайним в ряду строений зданию, а все остальные зашли в полковой штаб.
– Ваше благородие, простите великодушно, у вас одной пуговицы на шинели нет, – тихо проговорил стоявший на часах Лыков. – Видать, оторвалась она недавно.
– Пуговицы? – переспросил непонимающе прапорщик. – Какой такой пуговицы?
– Так верхней же, ваше благородие, – уточнил егерь. – Вы уж извините, не моё это дело, конечно, просто заметно.
– Пуговицы, пуговицы, – повторил задумчиво прапорщик. – А-а, да и Бог с ней, с этой пуговицей, потом нашью.
– Расстроился, – когда стихли шаги, промолвил Тихон. – Ему говоришь, а он и не понимает даже.
– Да конечно, расстроишься, когда перед их высокородием за других приходится отвечать, – пробасил стоявший слева Южаков. – Господ офицеров выгораживал, не донёс. Может, это когда он того, которого в санках последним привезли, ну которого помогал заносить, как раз-то и оторвал ту самую пуговицу?
– Да всё может быть, – ответил Лыков. – Брыкался ведь шибко, скандалил, зараза, пару раз меня лягнул.
По расчищенной от снега дорожке действительно спешила к штабу знакомая фигура.
– Командир полка давно зашёл? – крикнул он, подбегая.
– Никак нет, ваше благородие, только что! – хором выкрикнули егеря.
– Его прапорщик встречал, докладывал? – спросил он, распахивая дверь.
– Так точно, встречал и докладывал, вашбродь! – опередив Южакова, рявкнул Лыков.
