– Макарович уже вон четыре десятка служит и до сих пор за своей ротой бегает! А можно и в нестроевых дослуживать, небось, и грамоте научились, и навыков всяких много, завсегда тут полезными можем быть.
– Никого неволить не собираюсь, – когда утих шум, проговорил Егоров. – Каждый из вас, егеря, для меня дорог. Поэтому давайте так, коли возникли у вас такие вопросы, то обсудите их вместе и составьте бумагу, в которой будет прописано, кто желал бы получить полную отставку с выходом из армии, а кто бы хотел продолжать служить дальше. Сам же я рад только буду, если вы в полку останетесь. Потом уж, по мере дальнейшей службы, действительно, будем думать, куда и кого из вас определить. Знаю, что в больших поместьях с хорошими лесами могут быть нужны свои, статские егеря. А кто лучше вас с таким делом справится? Где-то и правда дядька-воспитатель для дворянского сына необходим, а где-то смотритель за хозяйством. Особо грамотных в волостные и уездные писаря можно пристроить или в учётчики на тех же мануфактурах. В общем, будем думать. А так и в полку нестроевых должностей у нас много. Так что думайте, братцы, думайте.
В середине апреля генерал-майор Егоров был вызван к командующему столичным гарнизоном.
– Алексей Петрович, вчера от обер-камергера высочайшего двора пришло извещение по тебе и по твоим офицерам, – пояснил причину вызова Берхман. – На малом приёме государыня желает вас наградить. Вот список всех тех, кому велено на нём быть. – И он подал плотный лист бумаги с красным оттиском печати.
– Егоров Алексей Петрович, Милорадович Живан Николаевич, Рогозин Александр Павлович, – пробегал глазами по строчкам Алексей. «Хорошо, Рогозин тут попал на награждение, боялся, что вычеркнут, но и его подвиг в представлении был прописан ярко, про то, как отбивал он госпитальные повозки с ранеными и как сам чуть было жив остался, при этом серьёзную рану получил», – мелькнула в голове мысль. – Всё же включили в награждение Александра Павловича. Замечательно! Так, дальше смотрим, а это уже обер-офицеры: Вестфален Антон, Гагарин Андрей, Аш Иван и Горский Антон. Всего семь фамилий, выходит, прошли. Неплохо, только двух, получается, вычеркнули.
– Так, день для вас уже определён, это ближайший четверг, как раз когда я доклад государыне по гарнизонным войскам делаю, – продолжал излагать генерал-поручик. – В девять утра в кабинет к государыне заходит обер-полицмейстер со словесным донесением о благосостоянии столицы. За ним следом по очереди статс-секретари со своими докладами, а потом генерал-прокурор. Ну и в самом конце уже меня приглашают. Четверг, как я сказал, – это и есть мой день.