И даже, когда по смс общались не узнала. А узнала только по часам, когда не пришла на встречу с ним, а пошла на дискотеку и поцеловалась там с Женей. В тот день Кирилл избил одноклассника, в которого была влюблена.
* * *Этот сон меня взбудоражил, поэтому я проснулась рано утром и больше не смогла заснуть. Долго лежала на диване и смотрела в потолок, продолжая думать о нашей первой встрече с Кириллом. Теперь мне было интересно, как сложилась бы судьба, если бы я все же пришла к гаражам в тот день.
Только ближе к обеду я переборола себя и вернулась на съемную квартиру. Едва успела привести себя в должный вид, как в дверь позвонили, я встрепенулась и настороженно пошла к прихожей, чтобы посмотреть в глазок. К моему удивлению, оказалось, что пришел риэлтор.
Я уже не сомневалась в том, что квартира принадлежала Кириллу, но решила об этом уточнить у риэлтора. На этот вопрос он не ответил и лишь сухо сказал, что владелец квартиры намерен разорвать со мной договор. Вследствие этого мне возвращались в троекратном размере деньги, которые я ранее платила за съем и на то, чтоб съехать давалось несколько дней.
— Владелец квартиры просил вас освободить квартиру, так как вы нарушили одно из главных условий проживания тут, — сказал мужчина, этим объясняя причину разрыва договора.
— Какое условие? — я решила уточнить.
— Мне об этом неизвестно. Я передавал вам список условий и вам должно быть известно, которое из них вы нарушили.
Хватило лишь нескольких секунд, чтобы я вспомнила тот список и поняла, что конкретно нарушила. «Никаких мужчин в квартире» — таковым было одно из условий, а я ранее нарушила его, пустив к себе Пашу. Наверное, Кирилл действительно хотел оборвать со мной любую связь и, в первую очередь, это касалось этого места, в котором я не пожелала видеть его, но самовольно пустила Пашу. Наверное, думал, что мы и дальше будем видеться с Пашей в этой квартире."
"Перед уходом риэлтор дал мне лист бумаги с цифрами и я, без лишних объяснений поняла, что это пароль от браслета, который все еще висел у меня на запястье. Я тут же его сняла и положила украшение на тумбочку, чувствуя, что руке стало как-то непривычно. Я бы даже сказала, что легко. Правда, эта легкость была какой-то неприятной. Щемящей.
Я не стала брать все деньги, которые давал риэлтор, только ту сумму, которую платила и, проводив мужчину, пошла собирать вещи. В тот же день я съехала. Сразу опять попросилась жить к Ире и параллельно с этим начала искать новое жилье. Правда, ни одно из них не было таким же хорошим и выгодным по цене, как та квартира.
Больше не было никаких подарков от Кирилла. Он вообще исчез из моей жизни, словно этого человека и вовсе в ней никогда не существовало. Не было ни звонков, ни сообщений. Ни, тем более, встреч.