Автор
Жара кипит под солнцем, а я стою на развилке дорог и чувствую, как воздух вокруг становится невыносимо тяжелым. Моя встреча с бабушкой заставляет меня ненадолго задуматься о настоящих переменах в жизни — ведь беременность не может оставить равнодушной ни одну женщину.
Так что расслабь булки и выполняй.
Глава 14.ГЛЕБ: Любишь?
Кладу трубку, с трудом вынуждая себя не обнадеживаться раньше времени. Любой на ее месте попробовал бы выкрутиться. Так что пока лично не получу ответы, не расслабляться!
Если не найду оправданий, значит лишний раз докажу самому себе, что Аня виновата. А то эта ее непоколебимость слишком сбивает с толку. Я должен проверить ее слова сам! Хочу стопроцентной уверенности в том, что она действительно меня предала! Чтобы совесть не грызла за то, что я беспричинно мучаю свою девочку…
Хотя… при любом раскладе я, по ходу, и правда сегодня переборщил.
Постукиваю кулаком по груди, желая избавиться от неприятного жжения под ребрами, похожего на непроходящую изжогу. Да только у этого расстройства явно необычные причины.
Достаю из ящика молочник и, наполнив его водой, ставлю на огонь.
Помню, когда она незрячая была, я учил ее кашу готовить. Тоже тогда был зол. Но эти ее хрупкие пальчики в моих грубых руках словно вынуждали вести себя осторожнее. Как-то бережнее, что ли.
Выбросить бы все те воспоминания. Да вообще все воспоминания о ней. И мучиться бы не пришлось…
Но тут, как и во всем доме, о ней напоминает каждая вещь! Как назло! Я будто и не жил до ее появления. Не могу припомнить ничего столь же яркого…
В ожидании пока вода закипит, провожу пальцами по каменной столешнице.
Тут натягивал на ее стройные ножки шортики.
Тут она расплескала кофе, неосмотрительно оставленный мной на плите.
А этот ящик пришлось заменить, когда, вернувшись из больницы и проверив часть компромата на Аню, я голыми руками сорвал его со стены. И не остановился бы в своем желании крушить и ломать. Да только отключился.
Стоило снова прийти в себя, решение пришло само собой.
Не могу без нее. Надо, сука, чтобы рядом была! Не надышался я ею! Пусть хоть собственными руками меня убьет.
Избавиться от нее. Конечно…
Кажется, я уже готов заплатить любую цену, чтобы оставить ее себе. Даже если эта цена — предательство. Однако теперь не могу отделаться от призрачной надежды, заполонившей мысли.
Закидываю в кипящую воду два пакетика ненавистной гречки и ставлю таймер на часах. Вот и эти часы… Их сестра подарила на Новый год.
