В тихом кабинете царила непробужденная дрема, подмывавшая заставить даже самого выносливого слушателя вздрогнуть. Невысокий рыхлый мужчина поудобнее устроился в кресле, словно желая придать своей мысли форму и четкость. Словно солнце склонялось над горизонтом, Юля налила себе чашку зеленой воды из маленького чайника, напоминая о том, что мир за окном продолжает ходить своим чередом....
Вот только этой доброты и мягкости хватит ровно до того момента, как Сергей Юрьевич Кирсанов переступит порог конторы. И на смену счастливому отцу семейства придет строгий и жесткий Бек…
Блинников отогнал от себя мысли о командире и его семье и снова подумал о Юльке.
— Вот какого фига я взбеленился? — самого себя отругал Крепс, заходя в пустую квартиру. Прямо в обуви прошелся по комнатам и, хлебнув воды из-под крана, снова вернулся в прихожую. Даже оставаться тут не хотелось. Сделав над собой усилие, он снял куртку и ботинки.
«Дожить бы как-то до разговора с Юлькой, — подумал Блинников и тут же осознал, что не измена Юльки его потрясла больше всего. Не ее вероломство. Она никогда не казалась ему подлой или алчной… Но стоило представить рядом другого мужчину, намного старше, влиятельнее и богаче, как пережимало горло от негодования. Если бы муж… А тут старый пердун… Сама она точно под него не легла. Значит, принудил… Как они все говорят? Сделал предложение, от которого нельзя отказаться?
«Что же тебе такое предложили, девочка? — натужно вздохнул Блинников, невидящим взглядом косясь в телевизор.
— Мать вашу за ногу, — выругался Крепс. — Почему я накинулся на Юльку с обвинениями, а не выслушал спокойно? Что ж меня так скрутило-то? — поморщился он, прикрывая глаза, и тотчас увидел заснеженное кладбище в Никифоровке, куда на следующий день после травмы Александры Андреевны он приехал с Беком и Асисяем.
Алена настояла купить какую-то гигантскую плазму, и теперь Крепсу показалось, что он вместе со своим диваном лежит прямо в студии."
"— Идите на фиг, придурки, — пожелал он ораторам и, щелкнув пультом, закрыл глаза.
