Улицы Санта-Клары покрывались золотистым отблеском жара, как будто город спрятался под раскаленной шляпой. Софи Жарко на мгновение задержала дыхание — каждый квартал здесь выглядит по-своему уникальным и загадочным. Ее взгляд скользнул между зданиями, будто она искала нечто важное или что-то ускользающее от привычного взгляда....
Пожалуйста, будь дома!
— Софи?! — Гэвин отрыл не сразу, да и выглядел неважно, но я не обратила внимания, просто бросилась ему на шею, срываясь, давая волю истерике.
— Ее убили! — всхлипывала я. — Дэйдру убили, боже…
— Успокойся, успокойся, дорогая, — он втащил меня в квартиру. — Расскажи толком, что случилось?
— Джейсон знает. Знает, что я не Дэйдра. Сегодня в центральном парке обнаружили труп. Это она, Гэвин! Дэдэ! — я закрыла лицо рукам, вжимаясь в сиреневые подушки.
— Он сам тебе это сказал?
— Да! — крикнула я.
— Упокойся, я заварю чай.
Гэвин торопливо ушел, а вернулся с подносом, поставил и втиснул мне в онемевшие пальцы чашечку.
— Пей, он на травах.
Я сделала глоток, давясь рыданиями.
— Почему ты думаешь на Джейсона?
Я затравленно взглянула поверх чашки, делая глоток за глотком, чтобы не отвечать сразу, хотя… Какой смысл скрывать?
— Гэвин, я беременна. Беременна от Джейсона.
Глаза напротив изумленно распахнулись, а губы застыли в немом вопросе.
— Да, мы перешли черту. Мы с Джейсоном были близки.
— Он знает про ребенка?
— Да, знает. Он… Не знаю… Он просто так смотрел на меня. Я испугалась. Он так жестко спрашивал, кто я такая. Я и подумала… Не знаю… Я ни в чем не уверена.
Когда произнесла это вслух, обличила в слова страхи, сама поняла, насколько надуманные и безосновательные мои подозрения. Джейсон ведь не хотел отпускать меня, хотел даже купить, только чтобы я осталась с ним. Чтобы детей вместе растить.
— Софи, — Гэвин присел, взяв мои руки в свои, заглядывая в глаза, — тебе нужно уехать. Джейсон может быть опасен для тебя. Я могу увезти тебя, спрятать от этого чудовища.
— Нет, — я высвободила ладони, — не хочу прятаться. Пора заканчивать этот маскарад. Нужно обратиться в полицию. Там разберутся.
Мне не понравился взгляд Гэвина: я не могла понять, что изменилась, но по телу колючий озноб прошелся.
— Сиди, детка, — он мягко толкнул меня обратно на диван.
— Что со мной?
— Ничего такого, всего лишь маленькая таблеточка.
— Но зачем? — выдохнула, не понимая. Руки начали неметь, голова отяжелела, даже язык перестал слушаться.
— Я так любил Дэдэ, — с грустью проговорил он и посмотрел на меня: — Она решила вернуться к мужу. Устала она от меня. Моя ветреная девочка.
