О чём книга «Его Искушение (СИ)»
Героиня, спасавшаяся бегством, наконец настигнута загадочным незнакомцем. Их встреча грозит перевернуть её жизнь. Между ними разворачивается опасная игра страсти и искушения, где каждый ход может стать роковым.

Автор
Героиня, спасавшаяся бегством, наконец настигнута загадочным незнакомцем. Их встреча грозит перевернуть её жизнь. Между ними разворачивается опасная игра страсти и искушения, где каждый ход может стать роковым.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Его Искушение (СИ)»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Героиня, спасавшаяся бегством, наконец настигнута загадочным незнакомцем. Их встреча грозит перевернуть её жизнь. Между ними разворачивается опасная игра страсти и искушения, где каждый ход может стать роковым.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Анна Гур Легкое чтение Любовные романы Современные любовные романы подборки серии
Героиня, спасавшаяся бегством, наконец настигнута загадочным незнакомцем. Их встреча грозит перевернуть её жизнь. Между ними разворачивается опасная игра страсти и искушения, где каждый ход может стать роковым.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Раскосые глаза смотрят равнодушно, но с напором, прямые брови сошлись на переносице.
Монгол злится. Знаю, что прикрывает мне тыл. Единственный человек, которому можно рискнуть доверить спину. Он не ударит исподтишка. Напряжен.
— Всякий раз кто-то да скалится, а потом затихает. Вечные терки — по-другому бизнес наш не строится. Главное не сам процесс, а концовка. Будет прав тот, кто сорвет куш.
— По краю ходишь, Ваня. Кончай с ней.
Волчара волчару чует. Вижу в черных глазах осуждение.
— Ты берега не путай, да за буйки не заплывай, братик.
Говорю и голос у меня тихим становится. Угрозой напитывается.
Улыбается Монгол, зубья свои белые, что так контрастируют со смуглой кожей, демонстрирует.
— Красивая у тебя кукла, Кровавый, появилась. Но ты ведь знаешь, что, приближая девку, ты ее от одних псов защищаешь, а вот другие, враги твои, след чуют, прокусить захотят и если кукла только кукла — это одно, но если она ценна…
Замолкает. Взгляд тигриный из-под широких бровей пуляет в меня.
— Монгол, пока ты имеешь больше прав, чем другие, но и твой лимит не безграничен. Заканчивай базар, — мой рык псов скулить заставляет.
Есть тут два зверя похлеще, чем ротвейлеры.
— Не гневайся, брат, — пригибает голову, как перед броском.
Тут все на инстинктах. Боевое прошлое у нас с Монголом за нас говорит.
— Ты ведь коронован, Ваня. Купола на спине твоей не просто так красуются.
— Зарываешься.
Резкий злой смех и по мозгам рикошетом:
— Ты пожалел ее.
Рука на шерстке пса сжимается, и собака под рукой порыкивать начинает, напряжение улавливает.
— Из-за этой девки ты дал врагам почуять, что у Кровавого бывают послабления.
— Монгол! Остановись. Брат. Зарываешься.
— Слей ее!
Не замечаю, как псам сигнал даю:
— Завалить.
Лай бешеный. И ротвейлеры рвутся вперед. Исполнять. Пригибают головы, прыгают в желании прихватить мишень за горло.
Монгол отбивает атаку, отбрасывает одного пса, отшвыривает от себя второго. Но собак много, и каждая натренирована вгрызаться до кости, вырывать мясо.
Уворачивается Палач, но долго в рукопашном против стаи не продержится даже он. Мы это оба понимаем. Бросает на меня лютый взгляд и нож из-за голенища выхватывает.
— Стоять.
Даю команду псам. Ротвейлеры отскакивают, продолжают рычать и скалиться, уши пригибать, пока кореш мой единственный, тот, кто правду в глаза всегда говорить не боится, кровь сплевывает и с колен поднимается, вперив в меня бешенный взгляд."
"– Я ценю твои прямоту, брат. Мы с тобой жизнь прошли.