Автор
Эмили сидела рядом с Лилит в машине, ожидая прихода дня. Несколько капель дождя стекали по стеклам, создавая мягкий мелодичный звук. Эта ранняя осень была свежей и прохладной, словно Лилит — настоящий друг в компании из тех немногих.
— Теперь извиняйся, — потребовала Эмили тоном, присущим лишь королевам, и если бы не ее озорной взгляд, я бы безоговорочно поверил в ее суровую неприступность.
— Прости, что в старших классах испортил твою картину, — я начал целовать внутреннюю сторону ее бедра, в то время как мои пальцы, обхватив ее лодыжки, заставили Эмили еще больше раскрыться для меня. — Прости, что сразу не рассказал про то, что Уильям подстроил те дурацкие ситуации, дабы свести нас, — я начал медленно прокладывать дорожку из поцелуев вверх по ее бедру.
Ее удивленный смех оборвался, как только мои губы, проигнорировав матерчатую преграду, прижались к ее женскому естеству.
Я водил не спеша кончиком языка по ее щелочке, проклиная мешающую моим исследованиям ткань, пока не убедился, что нащупал клитор. Мне удалось покружить на нем всего пару секунд, когда Эмили, желая заглянуть мне в глаза, потянула меня за волосы.
— Ладно. Ты победил. Все призы твои. Расстегивай молнию, а потом продолжишь.
Я рывком поставил ее на ноги, отчего со стола слетело еще несколько приборов.
Протянув руку и полностью расстегнув молнию, я медленно стянул с нее боди, будто она была шоколадной конфетой, а я разворачивал блестящую обертку. Впрочем, Эмили для меня, без сомнений, была лакомым кусочком.
Развернув Эмили, я полностью освободил ее от боди и с облегчением отбросил эту успевшую надоесть мне вещицу. К сожалению, мой рывок оказался слишком резким — легкий ветерок подхватил ее налету и унес за пределы крыши. Эмили ошеломленно наблюдала за ее полетом, а я в это время не сводил глаз с ее шикарного тела.
— Хочешь, опять встану на колени и извинюсь за это?
— На колени! — мигом сбросив трусики, она надавила ладошкой мне на макушку, а затем, запрыгнув обратно на стол, великодушно позволила раздвинуть свои бедра.
Стоило мне увидеть ее влажную киску, и на моих губах расцвела хищная улыбка.
