В темном зале улыбки вымирающих светофоров, где единственное тепло исходит от его холодной личной звезды, все сжимаются и дышат глубже. Одно слово может перевернуть весь мир — и не только один. Здесь каждое тихое вздох прорывает стены этого необычного оазиса спасения.
Каково же было удивление Ириды, когда в спальне, выполненной в бело-сиреневатых тонах, она обнаружила и свой букет из гладий, и свою одежду. То есть кто-то их забрал с лайнера Богдана. Довольная, что хотя бы у неё будет её одежда, Ирида опустилась на кровать, подтянула ноги к груди и уснула.
Проснулась Ирида резко, даже не понимая до конца, что произошло. Её точно выдернули из сна. Нахмурившись, она попыталась понять, что произошло и тут... Дверь! Она хлопнула. И именно этот хлопок заставил её проснуться.
Вскочив с кровати, Ирида выбежала в коридор. И обомлела, когда увидела Богдана, стоящего посреди гостиной с встревоженным лицом. Его взгляд блуждал по комнате, ноздри трепетали, словно он пытался распознать чей-то запах.
Её?
- Богдан! - то ли простонала, то ли выкрикнула Ирида и снова сорвалась с места, не в силах сдержать порывистости.
Как же она была рада его видеть! Здорового! Самостоятельно стоящего на ногах! С разумными глазами. Её сердце сделало отчаянный кульбит, задохнувшись от нахлынувших чувств, грозящих потопить её в своей стихийности.
Богдан замер, увидев Ириду, бежавшую к нему. Его глаза потемнели, губы плотно сжались, из груди с придыханием вырвался воздух.
Ирида не добежала до Богдана меньше метра. Остановилась, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы облегчения.
- Что же ты остановилась, звезда? - глухо спросил Богдан, не отрывая от неё взгляда. Выглядел он хорошо - цвет лица посвежел, пропали кровавые трещины на губах, синюшные вены на лбу.
Перед ней стоял прежний Богдан Славинский.
Ирида не знала, что сказать. Она больше не отвечала за себя...
И всё же она сделала ещё несколько порывистых шагов к эшелонцу, и когда его крепкие руки с силой, не щадя её хрупких косточек, сжали её тело, она задохнулась не от боли, а от радости. Прикрыв глаза, отчаянно сдерживая слезы, она уткнулась лицом ему в грудь, и с удовлетворением отметила, что его сердце бьется значительно чаще положенного.
- Звезда, - как-то отчаянно, надрывно простонал Богдан и оторвал её от себя.
Лишь для того, чтобы в следующую секунду впиться в её губы жадным, не терпящим отказа поцелуем.
Ирида и не собиралась сопротивляться.
Не собиралась отталкивать.
Наоборот.
Её руки потянулись к футболке Богдана, которая была лишней. Определенно лишней. Вот совсем.
