Автор
Одно платье отделила от всего мира — ее любимой девочки. Юбка рушится на пол, демонстрируя изысканный бельё, которое лишь подчеркивает идеальность её тела. В этот момент его взгляд светится удовлетворением и похотью, но эмоции в глазах мужчины не изменяются — только выражение становится невероятно маниловым....
— И вдобавок вернула ему его же слова: — Пойми это и прими.
Произнеся это, я почувствовала, как поднимается во мне, разгоняя кровь, волна неведомого доселе неуправляемого бунта. И я дала себе слово, что всеми силами и любыми возможностями воспользуюсь, но выберусь из плена. Не сегодня, так завтра. Не завтра, значит послезавтра.
Я буду ждать.
Я буду терпеть.
Я выйду победителем.
И его извращённая любовь не сможет меня сломать.
Джанабаев усмехнулся и едким голосом произнёс:
— Ты сегодня нарушила данное тобой слово, Лена.
— Я тебе не давала никакого слова, — сказал упрямо. — Я только сказала, что услышала и поняла тебя.
Он склонился к моему лицу, продолжая удерживать мои запястья в своём плену и зловеще прошептал:
— Хитрая какая. Но ты знала правила и ты их нарушила. И вместо того, чтобы просить, точнее, молить о прощении, смеешь дерзить мне.
Вздёрнула упрямо подбородок и сильнее сжала в гневе губы.
— Я понял, Лена, что твой ротик нужно вовремя затыкать, чтобы ты сама себе, своими же словами не навредила.
Я не выдержала и психанула.
— Да пошёл ты со свои…
Джанабаев не позволил мне закончить предложение, он грубо накрыл мои губы своими губами и его язык моментально с силой устремился внутрь."
"Его поцелуй был настоящим сладким мучением. Артур умел целовать. Он умел и ласкать.
Уж я-то в этом убедилась сполна.
Он целовал грубо, жёстко — подавлял, завоёвывал, показывал мне и доказывал, что он владеет мной.
Это было похоже на разряды тока, которые проходят по моим венам, если бы я сунула мокрые пальцы в розетку.
Как наркоман, он сильнее притягивает меня к себе, и я ощущаю, как его эрекция вдавливается мне в живот.
Он отстранился и отпустил меня.
Я смогла свободно вздохнуть и тут же отодвинулась от мужчины подальше, насколько это было возможно в салоне автомобиля.
И лишь отдышавшись, поняла, что мы уже вернулись.
Посмотрела в искажённое желанием, жаждой обладания и диким правом собственности, лицо Артура и невольно вздрогнула.
На меня смотрел дикий зверь. Не человек.
И сейчас он хотел лишь одного.
Меня.
Сглотнула и тихо произнесла:
— Мы приехали…
— Посмотри, Лена, я теряю контроль рядом с тобой. Одно прикосновение к тебе и у меня срывает тормоза, — проговорил он жёстко. — Ни одна женщина меня не заводила так, как это происходит с тобой, моя девочка.
Снова сглатываю. У меня нет слов.
Горькая усмешка пересекает его хищное лицо.
