С трудом отрываюсь от нее и, игнорируя в затуманенных глазах немой вопрос, просто сгребаю Альку в охапку и проталкиваюсь с ней в дальний угол клуба. До дома слишком долго, чтобы я мог думать о светофорах и знаках со стояком в штанах. В WC жёстко. И я надеюсь на дверь с надписью «Для технического персонала».
Хлипкая ручка-замок быстро поддаётся после нехитрых манипуляций. Не теряя секунд, я влетаю в крошечное помещение, заставленное всякой хозяйственной лабудой, вместе с ошарашенной Алькой и закрываю за нами дверь на щеколду.
– Дань, ты чего творишь? – громко шипит Мальвина, одергивая меня за руку.
– Всё под контролем. Вряд ли кто-то зайдет за хлоркой, пока в клубе кипит жизнь.
Достаю телефон, врубаю фонарик, кладу на какую-то полку сбоку и особо не осматриваюсь вокруг. В полумраке замечаю только, как часто и ошалело хлопают пушистые Алькины ресницы. Я понимаю, что моя затея пиздец какая тупая и опасная, но во мне слишком много желания и адреналина.
Игнорирую её лепет и просто оттесняю в конец каморки для техперсонала. Ловлю в свой капкан, когда расставляю руки по обе стороны от Альки, подпирающей спиной стену. Я знаю, что её неровное дыхание – это ни хрена не страх. Она прекрасно понимает что к чему. Мы оба понимаем. Поэтому я прижимаюсь к её лбу своим лбом, а Мальвина вызывающе кусает губы.
– Ты с ума сошел? Здесь? – Её шёпот дрожит, а горячие ладони осторожно ложатся на мою грудь.
Молча киваю и сильнее вдавливаю Мальвину в стену. Трусь уже до боли окаменевшим членом о её бедро и не могу сдержать стон.
Опускаю ладони на хрупкие плечи, обвожу пальцами выступающие ключицы и поочерёдно смахиваю вниз бретельки платья. Втягиваю сквозь зубы воздух, когда вижу аккуратную грудь с аппетитно круглыми сосками. Сука! Я готов кончить вот прямо сейчас…
Я рычу, а она мучительно стонет. И это все одновременно. У меня срывает башню. Целую Альку так жёстко, что в отместку получаю самый настоящий укус за нижнюю губу, а моя шевелюра оказывается до боли захвачена в цепкие пальчики пианистки.
– Данил… – Ее голос теряется в бьющих басах за дверью, когда я скольжу губами ниже: подбородок, шея, ключица. Вдыхаю каждый миллиметр кожи, забивая кислород в лёгких теплым запахом женского тела. – О боже, – Аля едва не стекает по стенке вниз, когда я касаюсь языком соска, обвожу по кругу, а потом втягиваю его губами.
И Мальвина сдаётся. Нас колотит от потопа адреналина и ещё триллиардной дозы возбуждения.
