Пение на сцене кажется невыполнимой мечтой для девушек из простых семей. Но уволненная любовью к музыке, ты решаешься покорить свой страшный поклон. Утро клуба без толпы гостей — лучшее время для воплощения своего желания выступить перед публикой.
Похоже, «Его маленькая слабость» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
В туалет должно быть пошла. Тянусь за ручкой, чтобы закрыть дверь, но замираю, услышав какой-то странный звук из ванной.
Выпрямляюсь. Вхожу в комнату, едва ли не крадучись. Приближаюсь к двери в ванную.
Не показалось. Рвёт ее.
Полусырая греча, да и той пол-ложки. Нервотрёпка… Похоже у моей гостьи на нашем «приветливом» фоне гастрит разовьётся.
Чувствую, что стыд снова выпустил свои мерзкие щупальца.
Ну а что я должен делать?! Каждый раз ее теперь из ложечки кормить? На руках носить? В попу целовать? Нет уж...
Дверь из ванной медленно открывается, прерывая мои раздражённые мысли. Утирая лицо полотенцем, Аня неторопливо заходит в комнату, вынуждая меня пятиться.
Хотя, какого черта?
Останавливаюсь. Осторожно кладу свою руку на ее плечо.
— Ой, мамочки! Кто здесь?
Ладно. Осторожно не вышло.
— Тише, — успокаиваю я. — Есть идём. Сейчас же.
— Я не..."
"— Это не обсуждается, — беру за локоть и тяну к выходу из комнаты. — Тебя уже рвёт с голодухи. Собралась помереть? Только не в моем доме.
Войдя в кухню, сажаю притихшую девушку за стол, на котором уже стоят дымящиеся тарелочки.
— Другое дело, — бормочу я, кинув укоризненный взгляд на распоясавшуюся кухарку.
Сажусь напротив Ани. Она шумно сглатывает. Ну как же. Не голодна она. Ещё и врать вздумала.
— Так и будешь сидеть принюхиваться? — строго спрашиваю.
Над столом всплывает неуверенная рука. Пальцы осторожно скользят по поверхности в поисках вилки.
— Надежда, ложку, — велю я, не отрывая взгляда от девушки.
— Спасибо, — одними губами произносит Аня, принимая из рук Нади столовый прибор.
Нащупывает пальцами край тарелки. Ведёт краешком ложки, стараясь быть максимально осторожной. В итоге у неё ничего не выходит. И в рот отправляется пустая ложка, едва смоченная в соусе.
Черт. Почему-то это бесит меня сильнее, чем, если бы она быстро закидала себе еду в рот, лишь бы избавиться от моего общества.
— Я отстану от тебя, как только ты все съешь, — шиплю сквозь зубы.
Пыхтит, явно собираясь с духом:
— Боюсь, если потороплюсь, то у вас аппетит пропадёт, — с явной обидой в голосе, все же выдаёт она. — Это не так-то просто, как...
Замолкает. Стягивает губы в жесткую линию, давая понять, что больше говорить она не собирается. И не надо. Ещё она со мной пререкаться будет.
Я и так все понял.
