Автор
В темном особняке жестокий папашка угрожает дочери Алексея, но она решительно против соглашения. Малышка стойко сопротивляется давлению семьи на фоне атмосферы тьмы и безвыходности ситуации, ощущая себя единственной надеждой на свет.
Я же все еще пыталась собрать пазл в единую картинку, когда мой мужчина пояснил:
– Твои родители открывали фирму вместе, Анфиса. На равных. А отец просто присвоил всю ее себе, – и такая ярость полыхнула в любимых кофейных глазах, что даже до меня долетела эта обида. Волной пронеслось, обжигая чувство несправедливости по отношению ко мне и бабушке с дедом. Столько лет они перебивались с копейки на копейку, когда у их дочери были деньги! Дочери, а после ее смерти – у внучки. У меня были деньги! А я плясала под дудку отца с четырнадцати лет.
Вот же… гадство!
– Все эти годы он каким-то образом умудрялся водить вокруг пальца акционеров, коллег, даже друзей, – сказал Рома. – Хотя почему каким-то? – тут же одернул себя мужчина. – Ты жила с ним, для всего общества ты была его любимая дочь, потерявшая мать. Вы были семьей. Вполне логично, что до поры до времени никто не задавал никаких вопросов, пока он распоряжался твоей частью денег на фирме.
– Это была только видимость.
– Вот именно. А он этим и пользовался. Руководил фирмой один. Хотя, по сути, ты имеешь на его холдинг точно такие же права как и сам Олег. Ты полноправная владелица.
Меня бросило в жар. От гнева, что взметнулся внутри из самых потаенных глубин моего не умеющего ненавидеть сердца. Настоящий и неистовый. Сжигая все на своем пути, новое чувство пролетело, разгоняя дрожь, и сформировалось в голове одной решительной мыслью: я обязана отомстить! И сейчас, как никогда, самый удачный момент для этого.
– Вот, значит, что за бумаги он мне подсовывал? Хотел отобрать исподтишка мою долю на фирме. После того, как твой отец, – кивнула я Демьяну, – разорвал с ним договоренность о нашей с Сергеем помолвке. Взбесился. Понял, что положение его становится не просто шатким, а висит на чистой вере.
– Вероятней всего, – протянул Демьян, посмотрев на меня. – Ты молодец, что не стала ничего подписывать.
– Мы же договорились, что без тебя я в это дело не лезу, – улыбнулась я, немного совладав с бушующим ураганом в груди. На место пылкому гневу пришла холодная, расчетливая ярость."
"– Графу сейчас ой как нужна поддержка. А именно твоя доля, потому что мелкие акционеры начали подозревать его в финансовых махинациях и отмывании денег.
