Автор
В темном особняке жестокий папашка угрожает дочери Алексея, но она решительно против соглашения. Малышка стойко сопротивляется давлению семьи на фоне атмосферы тьмы и безвыходности ситуации, ощущая себя единственной надеждой на свет.
Ника, получив из моих рук купюру, заскочила в лавку с мороженым и прочими зубосводящими сладостями. Колокольчики на двери магазинчика звякнули, а потом улица снова погрузилась в ночную тишину, нарушаемую только далеким шумом машин и легким шорохом ветра.
Я посмотрел на Ветрову. Она подчеркнуто старалась держаться в стороне. Ежилась от ветра и, как мне кажется, думала, как бы быстрее от нас с Никой сбежать.
– Не переживай, на чай не напросимся, – решил я разрядить обстановку, пошутив.
Анфиса улыбнулась.
– Почему Нью-Йорк?
– Что? – слегка опешила девушка.
– Почему именно здесь, Анфиса?"
"Редко с моих губ срывалось ее имя. Заноза, зараза, пигалица, как угодно, но Анфиса… стоило произнести, и на языке осталось приятное послевкусие.
Удивительно. С каких пор простое “назвать женщину по имени” вызывает в теле такой шквал?
– Потому что варианты у меня были невелики, – пожала плечами девушка, крепче обхватывая пальчиками ремешок рюкзачка. – Флоренция предложила свою помощь, и я согласилась. Потому что с работой в столице у меня, откровенно говоря, не клеилось после ухода из дома.
Я сделал шаг. Один. Незначительный. Потянуло просто.
Но девушка опасливо на меня покосилась.
Это разозлило. Заставило завестись мгновенно. Будто я монстр какой-то!
– Откуда ты знаешь мою мать? – тон сменился на вкрадчивый и не терпящий возражений.
– Это допрос? – не осталось в долгу Ветрова.
– Пока что дружеская беседа.
– Вот у своей мамы и спросите.
– Она отговорилась какой-то чушью.
– Где гарантия, что я не поступлю так же?
– Ты врать не умеешь. У тебя на лице все написано, – ухмыльнулся, делая еще шаг по направлению к девушке.
Она отступила.
Стоило бы прямо сейчас, прямо в этот момент развернуться и, забрав Нику из магазина, уйти. Не оглядываясь, стирая вечер, эти ноги, тонкие ключицы и длинную шею, к которой хочется припасть губам, уничтожая к чертям из головы.
Хочется, да. Но не можется. Тянет к ней, а не от нее.
– Где там Ника? – пробурчала Фиса.
Маска решимости с девчонки слетела окончательно.
