Прежде чем встретиться с мужем, главная героиня испытывала странный смешение чувств: одновременно любовь и ужас, желание и отвращение к своему будущему супругу. Но в конце концов она соглашается на брак, надеясь сохранить семью. Позже становится очевидно, что жена не может совладать с такой ситуацией, а ее муж требует все больше и больше внимания и любви от жены, которые она просто не может ему дать....
Глубоко вдыхаю ее запах, смотря на трепещущую венку на шее. Хочу поцеловать. Но мы разговариваем.
— Нет. Тюльпаны очень красивые. Спасибо, — продолжает смотреть в окно и сжиматься, словно ей неприятна моя близость.
— Пожалуйста. Я вдруг понял, что совсем не дарил тебе цветов. Исправлюсь, — наклоняюсь и всё-таки веду носом по ее шее. Как же сладко от нее пхнет. Теплом, чистотой, полевыми цветами, росой, любовью. Самой жизнью.
— Не стоит…
— Алиса, — со стоном произношу ее имя. Не сдерживаюсь и всё-таки целую нежную кожу на шее.
Я считаю, что мы оба неправы. Но уступаю девочке.
— Она кинулась мне на шею в слезах. Я не смог оттолкнуть. Но на этом все. Между нами ничего нет и не будет больше никогда. Я понимаю, как это выглядело твоими глазами, и больше такого не допущу. Растай, моя льдинка, — веду губами ниже, отодвигаю лямочки ее маечки и игриво кусаю за плечо. По ее коже разбегаются мурашки, но внешне Алиса все равно холодна.
Мои руки уже блуждают по ее телу, то сжимают, то ласкают. Невозможно сдержаться, когда она так близко. Дрожит, но поджимает губы, продолжая смотреть в окно.
— Алиса, — зову ее. — Поговори со мной, — хватаю ее подбородок и насильно поворачиваю к себе. — Ну что мне сделать? Что ты от меня хочешь? — Опускает веки, пряча от меня свои красивые карие глаза. — Это несерьезно. Тебе не нравится, когда я называю тебе ребенком, так не давай мне повод так говорить! — начинаю злиться.
— Дело не в этом! — распахивает глаза, смотря в мои. Перехватывает мои руки, отрывая от себя. — Дело не в Марьяне. Я понимаю, что она никуда не денется. О ней вообще отдельный разговор.
— А в чем тогда дело?
Отстраняюсь немного, потому что она меня не подпускает, упирается в грудь, пытаясь оттолкнуть.
— В серьезности, — заявляет девочка. Выгибаю брови, призывая продолжать. — Ты знаешь, что я тебя люблю. Я никогда этого не скрывала. Ты знаешь, я на все согласна. А вот про тебя я этого сказать не могу. У меня складывается впечатление, что ты сдался мне под гнетом развода с женой. Я — так… временное утешение.
