Прежде чем встретиться с мужем, главная героиня испытывала странный смешение чувств: одновременно любовь и ужас, желание и отвращение к своему будущему супругу. Но в конце концов она соглашается на брак, надеясь сохранить семью. Позже становится очевидно, что жена не может совладать с такой ситуацией, а ее муж требует все больше и больше внимания и любви от жены, которые она просто не может ему дать....
Поправляет простынь, мои подушки, двигает ближе ко мне телефон, воду. Ну вот как без грубости дать ей понять, что я ни в чем не нуждаюсь. Для этого есть персонал, который получает за это деньги.
— Если ты хочешь мне помочь, то… — прерываюсь, поскольку мой телефон начинает вибрировать. Перевожу взгляд на экран. Марьяна. Видеозвонок. Беру телефон, включаю камеру.
— Привет, — тянет она, рассматривая меня. Марьяна дома, в кровати, но с накрашенными губами. Немного усталая, но в норме. Хорошо. — Ну как ты там?
— Как-то так.
— Плохо выглядишь, — грустно мне сообщает Марьяна.
— Ну извини. Лера как? Где она?
— Спит. Перенервничала, стресс. Но все хорошо. А у меня раскалывается голова. Прям не могу. Таблетки не помогают, — начинает жаловаться жена. Алиса закатывает глаза и морщится. — Я, наверное, сегодня не приду.
— Не нужно, отдыхай. Пусть Лера наберет меня, когда проснётся.
— Да, хорошо. Что говорят врачи?
— Операция нужна.
— Ой. Ну это же не опасно?
— Нет.
— Ну ладно. Я завтра забегу, если станет лучше.
Меня не обламывает, что её нет рядом. Я справлюсь сам, а самоотверженно сидеть возле моей кровати ни к чему. Опять что-то падает, поднимаю глаза. Из рюкзака Алисы вылетела книга. И что-то мне подсказывает, что она неслучайно оттуда упала. Качаю головой.
— Кто там с тобой? — интересуется жена.
— Алиса, — спокойно отвечаю я. Теперь глаза закатывает Марьяна.
— Мало того, что авария случилась по ее вине, так она ещё и в больнице тебя донимает, — наигранно громко произносит Марьяна, меняясь в лице. Алиса смотрит на меня во все глаза. Испуганная. В недоумении.
— Авария произошла потому, что ты много выпила и несла чушь, — сквозь зубы проговариваю я. Не хватало мне еще, чтобы девочка себя накрутила.
— То есть я виновата?! — не унимается Марьяна.
— Никто. Не. Виноват! — четко проговариваю я и отключаюсь. Откидываю телефон на тумбу, падаю на подушки.
Тишина.
Алиса молчит и, кажется, даже не дышит.
Ну что ты какая впечатлительная-то?
Знаешь же, что Марьяна намеренно цепляет.
— Я виновата? — наконец оживает она.
— Ну давай еще ты начнешь нести чушь, — цокаю."
"Вновь просить обезболивающее не хочу. Привыкну к нему, потом будет трудно слезать. Терплю.
