Прежде чем встретиться с мужем, главная героиня испытывала странный смешение чувств: одновременно любовь и ужас, желание и отвращение к своему будущему супругу. Но в конце концов она соглашается на брак, надеясь сохранить семью. Позже становится очевидно, что жена не может совладать с такой ситуацией, а ее муж требует все больше и больше внимания и любви от жены, которые она просто не может ему дать....
— Я имела в виду, что мой первый… он и не мужик вовсе, и секс с ним мне не принес никакого удовлетворения. И вот совсем неважно, кто технически первый. Важно — с кем ты это физически ощутила.
— Да?
— Стой! — садится на кровати. — Не принимать мои слова как руководство к действию! Лучше если это случится с тем, кого любишь, там и ощущения совсем другие.
— Да я и не собиралась действовать. Просто спросила.
Опять падаю на спину и смотрю на себя в зеркало.
— Все у тебя еще будет. Не спеши. Платон слишком ответственен, чтобы совершить это спонтанно.
— Да я не про него, — фыркаю. Хотя, конечно, про него. И сразу накатывает дикая тоска.
— Ну, да. Ну, да, — Саша встает с кровати и идёт к зеркалу, собирая растрёпанные волосы в высокий хвост.
Вздыхаю. Как долго может быть больно. Когда-то ведь отпускает?
На мой телефон приходит сообщение. Платон. Не хочу читать, но читаю. Не могу его игнорировать. Я только имя его вижу на экране мобильного, а сердце уже разрывает грудную клетку.
«Выйди, пожалуйста, во двор»."
"Встаю с кровати, выглядываю в окно и вижу Платона в беседке. Если выйду и начну разговор, то сдамся. А я пока не готова. Но ноги уже несут меня вниз.
Надеваю куртку, выхожу. Холодно сегодня, но красиво, хоть и пасмурно. Двор усыпан ярко-оранжевыми листьями. А капельки дождя на них, как бусинки. И воздух такой свежий.
Платон сидит спиной ко мне, руки покалывает от желания повиснуть у него на шее. Но я сжимаю кулаки и иду в беседку.
— Как твои дела? — первая спрашиваю я, чтобы разбавить напряжённое молчание.
— Не могу сказать, что все хорошо. Но решаемо.
— Значит, не все так плохо, — глупо отвечаю я.
— Сядь, пожалуйста. Не могу разговаривать с тобой не на одном уровне, — указывает глазами на лавку. Сажусь, кутаясь в куртку. Он подъезжает совсем близко, и я отвожу взгляд.
— Ты права, моя девочка, — голос у него такой мягкий, тёплый и немного хриплый.
И тут мне хочется разрыдаться. Так громко и навзрыд.
— Да при чем здесь твои ноги?! — не выдерживаю, обнимаю его за шею, прижимаясь щекой к его теплой щеке. Дышу. — Для меня это не имеет значения.
— Для меня имеет. Я не чувствую себя мужчиной. Когда не могу догнать свою девочку.
