Прежде чем встретиться с мужем, главная героиня испытывала странный смешение чувств: одновременно любовь и ужас, желание и отвращение к своему будущему супругу. Но в конце концов она соглашается на брак, надеясь сохранить семью. Позже становится очевидно, что жена не может совладать с такой ситуацией, а ее муж требует все больше и больше внимания и любви от жены, которые она просто не может ему дать....
Да, ты будешь со мной в это время, но свадьбу мы сыграем немного позже. Кольцо — знак принадлежности, если хочешь. Знак любви.
Ее взгляд меняется, злость стирается. Карие омуты заволакивает поволокой. Кусает губы, начиная тяжело дышать.
— Спасибо, мне понравилось кольцо, — шепчет мне, прикрывая глаза. Не отпускаю ее, прижимаюсь губами к трепещущей венке на шее, целую. Спускаюсь поцелуями ниже, отпускаю ее руки, которые тут же ложатся мне на плечи, комкая футболку. Цепляю лямки майки и медленно спускаю ее с плеч моей девочки.
— Платон, — всхлипывает Алиса."
"— Тихо, — усмехаюсь и впиваюсь в сладкие губы. Хватаю ее под бедра и сажаю на тумбу…
* * *Выхожу из душа, Алиска уже одетая пьёт остывший кофе, пытаясь спрятать улыбку. Хоть не убегает — уже легче, но щеки краснеют. В этом тоже есть своя прелесть. В той самой неискушённости и чистоте.
— Тебе звонила Марьяна. Раза три уже, наверное, — сообщает она мне, указывая на мой телефон на тумбе. Беру остывший кофе, отпиваю глоток, сажусь в кресло и перезваниваю бывшей жене.
Марьяна отвечает после первого гудка.
— Ты издеваешься надо мной?! — возмущается, повышая голос. — Я хотела встретиться с дочерью еще тридцатого. Я подарки приготовила… Ты обещал мне… — от злости глотает фразы.
— Так вышло. Вы можете встретиться сегодня.
— Спасибо за одолжение! — фыркает она. — Тогда я заберу ее на несколько дней.
Вдыхаю. Мы планировали отдохнуть за городом. Я уже пообещал дочери.
— Если Лера захочет…
— Почему мне кажется, что ты настраиваешь дочь против меня?!
— Тебе кажется.
— Да, а почему она не особо хочет со мной общаться? — кричит Марьяна, окончательно выводя меня из себя.
— Почему?! — взрываюсь я, повышая тон, а Алиска вздрагивает. Да я почти никогда не повышаю голос. Но у Марьяны дар выводить меня из себя. — Может, потому что тебе всегда было плевать на нее? — встаю с кресла, начиная ходить по комнате. — Может, потому что ребенку, помимо навязывания твоих норм, нужно было внимание?! Может, потому что ты вообще мало интересовалась ее желаниями? Ну нет, тебе же проще обвинить меня, чем уделить внимание дочери!
Марьяна долго молчит, переваривая, а я пытаюсь дышать ровно и успокоиться.
— Я хочу видеть дочь сегодня! Жду ее через час, — холодно заявляет она мне и скидывает звонок. Кидаю телефон на подоконник и сжимаю переносицу.
Теплые ладошки опускаются на мою спину, нежно поглаживая. Алиса молчит, и я за это ей благодарен.
