Автор
Игорь. Когда последний участник совещания вышел из комнаты, он ослабил галстук и отхлебнул воды, ощущая напряжение уходящего дня. Он знал, что время для отдыха у него исчерпалось. Игорь Тихомиров — человек неуловимых изменений в повседневной жизни, каждое его слово и действие могут быть ключами к великому или к самой большой трагедии....
— Какая разница? Ты обещал меня отпустить. Мне надоело быть твой рабыней.
— Рабыней? — усмехнулся он. — Интересное сравнение. Я в общем-то не за этим звоню. Уйдёте ли вы или нет, мы будем обсуждать ближе к сроку истечения трёх месяцев. И больше я об этом говорить не намерен.
Прикусила язык. Если буду настаивать, только хуже сама себе сделаю. Игорь сказал — не буду говорить сейчас, значит — не будет, и хоть ногами топай. Бесполезно.
— Завтра я возвращаюсь.
Я помолчала. Чего он ждёт в ответ? Радости? Её нет.
— Хорошо, — ответила равнодушно.
— Надеюсь, на тёплую встречу. Помнишь, я просил купить новое бельё?
— Игорь, прекращай. Или я повешу трубку.
— Дома не повесишь. Хочу увидеть это бельё на тебе. Спокойной ночи.
Чтобы я больше ничего не могла ответить и повесить трубку, Тихомиров повесил её сам, оставив как и всегда последнее слово за собой.
Бельё… Ну кое-что я купила для тебя. Посмотрим, как ты будешь этим доволен.
Глава 37
Игорь приехал к ужину, как и обещал. Едва открылась дверь, как Богдан побежал к нему со всех ног.
— Папа вернулся! Урааа!
Он почти запрыгнул на отца, стоящего в коридоре с чемоданом и в пальто. Но Тихомирова был вовсе и не против. Бросил чемодан и стал обниматься с сыном. Мило, что тут сказать. Невольно улыбнулась.
Ребёнок принял версию о том, что папа нас не бросал, а просто не мог звонить и быть с нами, но теперь вернулся. Богдан не в обиде и зовёт его не иначе как «папа». Я сама не ожидала подобного, но видимо, сыну отец был нужен куда больше, чем я себе могла представить.
— Привет-привет! Ну дай же мне раздеться, сорванец, — смеялся он.
— Богдан, отлипни от папы. Дай ему зайти домой, — строго позвала я.
Игорь обернулся и посмотрел прямо в глаза. Окинул взглядом домашний костюм, потом снова вернулся к лицу.
— И тебе добрый вечер, Вера.
— Привет.
Отвернулась и уселась на диван, уставившись в экран телевизора. По каналу шёл какой-то сериал, вникнуть в который я и до этого не пыталась, а сейчас тем более. Чувствуя на себе мужское внимание, испытывала скованность.
Чёрт, не люблю когда он пялится. Больше посмотреть некуда?
— Пап, ты привёз мне того робота?
— Да, малыш. Сейчас достану.
Тихомиров скинул пальто и открыл чемодан.
