В бедном семействе, рискуя остаться банкротами, молодой миллионер пытается сохранить лицо и совесть, встречаясь с невестой по расчету. Страсть к очаровательной подруге делает его не готовым ни к чему другому, вызывая раздражение и непонимание у окружающих.
А ещё появлялось легкое покалывание по коже, точно рецепторы отдельно реагировали на Федора.
Он снова остановился очень близко. Её колени едва ли не упирались в ноги Федора.
Он беспринципно вторгался в её личное пространство. Ната терпеть не могла, когда кто-то становился к ней очень близко, сразу же делала шаг назад или просила человека отодвинуться. Она дискомфортно себя чувствовала в очередях. Было несколько раз и такое, что мужчины намеренно прижимались к ней в транспорте или метро.
Ната сдержалась. Взяла бокал и сдвинула колени в сторону, давая понять, что он излишне близко подошёл.
И почему девушка не удивилась, когда увидела, как брови мужчины недовольно сходятся на переносице?
— Я буду пить одна?
— Сегодня мне лучше сохранять голову трезвой, — сухо бросил он и всё же отошел.
Ната поежилась. Ей бы радоваться, что он отодвинулся, а вместо этого она почувствовала легкий холод.
— Хорошо, значит, пью одна, — поспешно сделала несколько глотков, пряча за ними увеличивающуюся нервозность от собственного восприятия мужчины.
Не к добру. Может, всё-таки утром он дал ей какой-то афродизиак замедленного действия?
Федор опустился в кресло.
Не отрывая взгляда от неё.
Ната не выдержала и залпом выпила половину бокала. Сейчас дыхание переведет и выпьет весь.
Он не спешил продолжать разговор.
— Почему вы на меня так пристально смотрите? — спросила, а потом прикусила язык.
Не о том надо спрашивать.
— Ты красивая.
Лучше бы на самом деле промолчала. То, что он считает её привлекательной, только настораживало.
Они вдвоем тут.
Он. И она.
Она в его власти.
И ей с ним не справиться.
Никак.
— Это не причина держать меня в доме.
— Не причина, — согласился он с ней.
Легче не становилось.
— Объясниться не желаете?
— Нет.
— Вы считаете это нормальным? Держать меня в неведении?
Тишина.
Лишь продолжил смотреть.
Пристально.
Слишком…
Ната отвела глаза. Взгляд мужчины смущал. Давил. Но было ещё что-то. Нечто, что она не могла никак определить.
Она посмотрела на красную жидкость в бокале.
Разговор не получался. Никак.
— Я повторяю, тебе здесь ничего не угрожает. Ты в безопасности, — он говорил, тщательно подбирая слова. Теперь она это понимала.
— Мне от этого не легче. Я хочу домой. К себе.
Её слова мужчине не понравились. Он сжал зубы с такой силой, что желваки заходили на скулах.
— Вы удерживаете меня силой, — продолжила Ната, ступая на тонкий лед видимого перемирия.
