Автор
В этом романе, читатель становится заложницей соблазнительного изысканного мужчину. Высокие каблуки только усиливают нервное напряжение, когда он поворачивает голову в вашу сторону, а его близость вызывает невольные мысли о прикосновении, но это запрещено.
Не буду? А что я буду делать? Меня отправят в ВИПы, на удовлетворение таких, как Стас? Или, вовсе, продадут ему? Пока Ровный молчит, я чувствую, как к горлу подкатывает ком, а меня накрывает паника. Я сжимаю руки в кулаки до белых отметин от ногтей на ладонях. Мне страшно. Пожалуй, впервые по-настоящему.
— Ты будешь работать в зале, — спокойно говорит Ровный. — После того, как выступления закончатся. Убирать за девчонками, вытирать столы, мыть пол. Подробный перечень того, что ты будешь делать здесь, — мужчина бросает пару листов бумаги на кровать и разворачивается, чтобы уйти.
— А Арман? — вдруг спрашиваю я и поднимаю голову, смотря вслед застывшей у двери фигуре.
Мужчина поворачивается и качает головой.
— Тебе не сказали, чего нельзя делать? — вдруг спрашивает он. — Или ты забыла устав?
— Я помню, — опомнившись, говорю я и опускаю голову, упирая взгляд в пол.
— Тогда какое право ты имеешь спрашивать об Армане? Вообще вопросы задавать. Любой здесь выше тебя, — он возвращает меня с небес на землю.
Я осознаю, что он позволяет себе гораздо больше, чем полагается обычно. Не то, чтобы со мной нельзя так разговаривать, просто до этого момента я была здесь декором и никто прямо не выказывал своего пренебрежения.
— Из-за тебя с нами нет одного из лучших, — внезапно говорит он. — То, что Арман оставил тебя для себя… — он делает паузу, и я понимаю, что он решает, говорить или нет.
Я не хочу слышать. Пусть лучше молчит.
— Тебе же хуже, — заканчивает он мысль. — Пустил бы по кругу, быстрее бы отделалась, а так…
Он не договаривает, разворачивается и хлопает дверью, заставляя меня вздрогнуть.
Я и сама не знаю, что для меня лучше. Арман или его парни, простое обслуживание нескольких мужчин или слепое поклонение одному из них. Я знаю, что Арман способен вывести меня на чувства. Способен достать из уголков души то, что мне неведомо. Да что там! Я даже удовольствие получила из немой благодарности за его защиту и избавление меня от боли.
Я знаю, что это ненормально. Уверена, что так быть не должно. Как знаю и то, что это уже произошло. Это страшит меня, но мне есть о чем думать кроме того, чтобы жалеть себя и копаться в психологии. Я быстро завтракаю, занимаюсь, чтобы хоть немного отвлечься и жду вечера, когда мне скажут идти убирать.
За мной приходят глубоко за полночь, ближе к двум.
