Автор
В Его невинной жертве мы погружаемся в шокирующее переживание, когда женщина вынуждена предстать перед своими ближними лицом к лицу с теми тайными убежищами и страхами, которые она скрывает. Влад, ее душевный друг, видит то, что сама не осмеливается поднять. Несмотря на непростительность своих деел, героиня не боится показать свои чувства, даже если это означает быть осужденной....
Влад ставит ладони по обе стороны от моей головы и смотрит своими голубыми глазами… Такой странный взгляд… Такой, от которого мурашки по коже бегают… Смотрит вниз на мое тело, шумно выдыхает. Дотрагивается пальцами до моего лица, заправляет мокрую прядь за ухо. Мне кажется, что от тела Влада исходит жар. Как такое вообще может быть? Я схожу с ума? Мне хочется обнять его, прижаться всем телом, хочется, чтобы он согрел меня. Боже, я должна вырываться, кричать, драться, должна сопротивляться этому мерзавцу изо всех сил… Но я не могу! Просто стою на месте, дрожу и разрешаю себя трогать…
– Остыла? – хрипло спрашивает, затем добавляет, – Тогда пошли.
Влад берёт меня за руку и тянет за собой, выводит в коридор. Мне так холодно, что я готова плакать, а этому бесчувственному всё равно! Идёт вперёд, не обращая на меня никакого внимания. С нашей одежды стекает вода. Он идёт так быстро, я едва поспеваю за его шагом.
– Мне нужна одежда, я замерзла, – говорю ему в спину.
– Сейчас согреешься.
О чём он, чёрт возьми?
Влад заводит меня в гостиную, где всё так же валяются осколки, и подталкивает вперёд.
– Убирай, – следует приказ.
– Что? – переспрашиваю, отказываясь доверять собственному слуху.
– Всё, что ты разбила – убирай, – указывает подбородком на разгром, что я устроила.
А сам подходит к бару и наливает в стакан виски. Я стою в шоке и смотрю на своего мучителя. Стоит весь мокрый и хлещет виски.
Влад поднимает на меня глаза и ухмыляется.
– И? – вопросительно поднимает бровь.
– Я не собираюсь ничего убирать, – поднимаю подбородок вверх, всем своим видом показывая, что он меня не заставит. – Уверена, что твоя прислуга справится лучше.
Одежда противно липнет к телу, а я боюсь взгляд опустить вниз. На мне белая футболка, и нет никакого белья, уверена, что всё просвечивает. Какой позор.
– Не-е-ет, Камилла, ты всё уберёшь. За свои поступки нужно отвечать. А после мы поговорим.
– Я вообще не хочу с тобой разговаривать, ты мне противен! Ты одним своим присутствием превращаешь всё в грязь! Ты моральный урод! – взрываюсь я.
– Оглянись вокруг, девочка, ты сама вся перепачкана грязью. Ты просто не хочешь замечать всего, что творится вокруг. Но я тебе покажу. Заставлю всё рассмотреть в мельчайших подробностях.
Теряюсь от его слов, не зная, что ответить. Но Туманов меняет тему, чем снова вводит меня в ступор.
– Хочешь? – указывает на стакан с виски в своей руке.
– Я не пью, – отрезаю.
